Леди Клементина Черчилль

В этом свете я не могла не размышлять о том, что бы она могла задумать и свершить, будь ограничения ее времени иными. Стала бы Клементина Черчилль в нашу более вдохновляющую для женских амбиций эпоху очень заметной политической фигурой, а не теневой по большей части, пусть во всем остальном и мощной силой? Ответить на этот вопрос оставляю вам.

I

Глава первая

12 сентября 1908 года

Лондон, Англия

Я всегда ощущаю себя не такой, как все, не похожей на других. В каких бы кругах я ни вращалась, всегда чувствую себя чужой.

Даже сегодня. Особенно сегодня. Тусклое, ранее сентябрьское солнце пытается пробиться сквозь сумрак холодного утра. Бледные лучи освещают огромную спальную, отведенную мне моей благодетельницей, леди Сент-Хелиер, падают на белое атласное платье, висящее на манекене, напоминая, что оно ждет меня.

Когда я провожу пальцем по вышитому тонким узором корсажу с квадратным вырезом из скользящего венецианского шелка, нежнее которого я в жизни не носила, меня охватывает чувство более сильное, чем обычная оторванность от мира сего, что так часто одолевает меня.

Я жажду связи с ним.

Я ищу одежду, которую горничные достали из моего багажа, разложили по ящикам и развесили в зеркальном большом шкафу, когда я приехала на Портленд-плейс 52 две недели назад. Но не нахожу ничего кроме корсета и нижнего белья, которое предполагается надеть сегодня под белое платье. Значит, горничные наверняка снова упаковали мои вещи для последующего путешествия.

От одной мысли о «последующем» меня бросает в дрожь.

Туго завязав пояс своего серого шелкового халата, я на цыпочках спускаюсь по большой лестнице особняка леди Сент-Хелиер. Когда я замечаю в гостиной служанку, стоящую коленях перед каминной решеткой, понимаю, что вот она-то мне и нужна.

Звук моих шагов пугает бедную девушку, и она вскакивает на ноги.

– Доброе утро, мисс Хозьер. Могу я чем-нибудь помочь? – говорит она, отирая черные от сажи пальцы о тряпку, висящую поверх передника.

Я медлю. Не наврежу ли я девушке, если попрошу ее помощи? Хотя леди Сент-Хелиер простит мне сегодня любое нарушение этикета.

– Вообще-то да, мне нужна ваша помощь. Если это не сильно вам помешает, – мой голос полон вины.

После рассказа о моем затруднительном положении девушка, предположительно моя ровесница, убегает по заднему коридору в сторону кухни. Сначала мне показалось, что она не так поняла мою просьбу или решила, что я сошла с ума.