Великая Восьмёрка

Должно быть, он совсем забыл о моём плане…

С этого я и начал…

Я беспокойно сглотнул и сжал в руках копьё. Осторожно переходя через сухие кусты и переступая упавшие стволы деревьев, мы продвигались вглубь леса. Он будто не кончался.

Солнце склонялось к горизонту. Через некоторое время мы набрели на тропинку.

– Ага! Это дорога к хижине Владимира Маратыча! – бодро сказал отец, – тут и переночуем!

Отца с улыбкой на лице похлопал по плечу его друг, имя которого я забыл. Всё потому, что его мало кто называет по имени: в посёлке зовут Безмолвным, потому что на одной из охот монстр разорвал ему горло.

Его успели донести до посёлка и зашить рану, но с тех пор он не может говорить. Филипп Мохнатый, глянув на моего отца, выдал мимолётную улыбку.

Среди деревьев виднеется дом. Значит, мы пришли. Я с облегчением выдохнул. Дойдя до этого обветшалого сооружения, мы остановились у утыканного кольями забора. Филипп нагнулся к кучке камней, взял один и бросил в щиток, подвешенный на высоком столбе.

Камень с силой ударился о щиток, издав грохот. От шума в хижине что-то зашевелилось. Скрип двери, топот ног по каменной дорожке, скрежет ключа в скважине… И калитка открылась.

– Ого! Чего это вас так много-то? – воскликнул худощавый седой старик лет сорока шести. – Никак пройти этот лес вздумали?

– А что, брат, не веришь в наши силы? – весело ответил отец.

– Семён Павлыч!

– Владимир Маратыч!

Они расхохотались и обнялись, затем Владимир Маратыч прошёлся между охотников, приветствуя и похлопывая по плечам знакомые лица.

– Ну вы даёте! Здесь, стал быть, все мужики с посёлка?

– Все, кто достиг десяти лет и может стоять на ногах.

– Вон, даже сопляков-инвалидов взяли. – язвительно улыбнувшись, сказал Филипп.

Владимир Маратыч посмотрел на нас с Женей и расхохотался.

– Эх, Филипп, Филипп. Сколько лет, а ни черта не меняешься!

– Как и ты, старый хрен!

– Ну же, дай руку. Хочу пожать. Помнишь, когда в последний раз здесь бывал? Ты тогда ещё заметил, что одна часть забора шатается.

– Ну, и что?

– Я вбил получше, подпорки прочные поставил. Да и колья заодно поточил, раз уж начал. В общем, потом пришли эти твари. Они, видимо, специально лишь одну сторону ослабляли. Думали, не замечу, и тогда бы они прорвались. Да я и не заметил, так бы, старый дурак, всё наше преимущество и просрал. Вы бы, конечно, со временем отбили этот дом, посадили бы сюда другого. Но ушло бы на это много сил.