Имам Шамиль. Книга третья

Я предпочёл бы смерть, чем быть живым, скованным параличом, отличаясь от мертвеца лишь неотлетевшей душой. Аргут был достойный противник любого из нас, ты ведь лучше должен знать его.

– Да, я хорошо знаю этого армянина, – начал вспоминать Даниель-бек. – Юнкером лейб-гвардии начал он службу. На Кавказ приехал в 1827 году в чине майора, во время турецкой войны за успехи в боях получил Георгия четвёртой степени, а немногим позже за усмирение казикумухцев получил Георгия третьей степени. С тех пор в течение двадцати трех лет не выходил он из огня боевых действий.

Даниель-бек умолк, глядя перед собой. Шамиль спокойно разглядывал смуглое лицо собеседника с типичными чертами азиата, с жёсткой щетиной чёрной бородки и усов. Он не сомневался в том, что не с этой одной новостью приехал Даниель-бек к нему в декабрьскую стужу. И на самом деле, после некоторого молчания Даниель-бек сказал:

– Приехал человек с письмом от Сеид-Мехмед-Эмин-бея. – Видя, что Шамиль пытается вспомнить знакомое имя, пояснил:-От турецкого консула, находящегося в Тифлисе.

– Помню, помню. Этот осман, несмотря на то, что находится к нам ближе остальных и пользуется большими правами, редко даёт знать о себе. Где посыльный? – спросил он Даниель-бека.

– Здесь, ждет приглашения.

Шамиль несколько раз хлопнул в ладоши. Дверь распахнулась, показался Салих.

– Пусть войдёт чужестранец, – сказал имам.

Высокий худощавый человек в одежде горца, с удлиненным смуглым лицом, азиатским разрезом карих глаз, переступив порог, опустился на колени.

– Как зовут тебя? – спросил Шамиль.

– Керам-Бетли-оглы, – ответил незнакомец.

– Откуда родом?

– Из Карского пачалыка, но последние годы проживал в Стамбуле.

– Где служил?

– Числился в третьем табуре второго алая Четвёртой турецкой армии в чине капитана. Затем был переведён в штаб Анатолийской армии и вскоре отправлен муширом Зарифом-Мустафой-пашой через Карс в Тифлис к консулу Сеид-Мехмед-Эмин-бею с бумагами.

– Значит, ко мне ты пришёл с письмом от консула? – спросил Шамиль.

– Нет, с письмом от султана.

Имам терпеливо стал слушать рассказ турецкого офицера.

– Когда я в первый раз прибыл в Тифлис, Сеид-Мехмед-Эмин-бей отправил меня в Закаталы к своему человеку, где я некоторое время занимался ремеслом хлебопека.