Дочь герцогини. Человек без имени. Романы

– Прошу прощения, месье, – пробормотала служанка и собралась уйти, однако заметно смутившийся Фабьен окликнул ее снова:

– Мадам! Прошу прощения, если нагрубил. Сегодняшний день… он… – перед его глазами возникла встреча с Шарлотт у дома маркизы. – Было много дел. И разных не очень приятных моментов…

– А еще я хотела сказать, что почты для вас не было, – развела руками женщина, как бы говоря, что не видит повода для обид.

– Почты? – растерялся он.

– Ну да… Вы же целую неделю постоянно спрашивали, не приходило ли в ваше отсутствие писем… Вот и говорю сразу, что нет.

– Ах, писем, – горько усмехнулся Фабьен, пряча в тонкие усы болезненную гримасу. – Можете не проверять больше почту, мадам Клодина… Я ничего уже не жду. Ах, мадам! – внезапно что-то вспомнив, он оживился. – Как-то вы мне сказали, что раньше работали в мастерской одной модистки…

– О, месье! Если вы решили заказать себе платье, то я вас разочарую! Мадам Борно одевала исключительно знатных дам! – пошутила домработница, явно довольная своим ответом, но на лице Фабьена не дрогнул ни один мускул.

– Может быть, у неё одевалась герцогиня де Трельяр или ее дочь… Что вы помните о них?

– Герцогиня Соландж? Кажется, так ее звали, – кивнула та. – Помню. Знаю в лицо. Очень милая, но вечно грустная женщина. Она хорошо обращалась со всеми служащими и подмастерьями, ее трудно было не запомнить. А дочь… Стойте, какая дочь? У герцогини нет детей. По крайней мере, три года назад не было…

Повисло молчание. Фабьен зачем-то взглянул направо, затем – налево и уточнил:

– Нет дочери?

Мадам Клодина на мгновение замялась.

– Ну… Герцогиня иногда говорила что-то про свое одиночество… Про большой дом для неё и мужа… О, ну я могу и ошибаться, конечно, кто я такая, чтобы…

Но Фабьен уже не слушал, мысли в его голове лихорадочно путались.

– Если Шарлотт не дочь герцогини, то кто она тогда? – думал он. – Её племянница? Дальняя родственница? Или герцогиня просто удочерила какую-то безродную девушку? Мало ли какие причуды у аристократов… Тогда это, с одной стороны, объясняет, почему Шарлотт отличается от титулованных особ, но с другой – не дает понимания, чем я мог ее так оскорбить, что она даже букет от моего имени принять не пожелала.

И с этими мыслями он медленно побрел в свою комнату, не слушая болтовню домработницы за спиной. Возле двери в спальню брата он на мгновение задержался.