Мои мистические миры

– Ох, не хотелось бы мне тогда быть в твоём сне, – с дрожью в голосе сказала Кассандра.

Но Джек и участники клуба были довольны, получив порцию адреналина. Мы посидели ещё немного, а потом поехали домой, стараясь больше не затрагивать тему рассказа. Наше внимание теперь привлекали хрустальные сердца, которые мы сложили треугольником на столе в комнате. В центре этого треугольника я положил рукопись с рассказом. Алекс попросился переночевать и остался. Ник же восхищённо проговорил:

– Как они красивы!

– Да, – согласился я, взяв Кассандру за руку.

Глава 2. Поиски борзописца; Нарушение прозы

Никто не любит перемен, и никто не любит дурные сны, от которых мы просыпаемся, дрожа от страха. В эту ночь с нами что-то произошло, только я пока не мог понять, что именно – но результат был налицо.

Мы были уже не дома. Всё, что мы, проснувшись, увидели, оказалось до того ужасным, что наш мозг с трудом работал. Это была самая запущенная ночлежка, окна наполовину выбиты, стены все почернели. Лампочка перегорела и висела без всякого плафона, кровати были с заплесневевшими матрасами, а некоторые и вовсе без них. Из туалета доносился тошнотворно-вонючий запах. Мы с отвращением озирались по сторонам, пытаясь понять, как сюда попали.

Ник начал припоминать, что это за место, но отказывался верить в это. В своей жизни он бывал в местах и похуже, но окружающее напомнило ему то, что я читал в клубе.

До меня тоже начало доходить. Люди любят до того зарываться в книги, что уже сами представляют себя этими персонажами. Видимо, мы до того углубились в мою книгу, что сами непонятным образом оказались в ней; или же даже во сне наши мысли следовали вслед за событиями книги – точнее, моего рассказа.

– Энди, ты писатель, а это твоя история, – Кассандра помогла мне мыслить яснее.

– Скорее всего, ты права, и, хоть мы не читали рассказ дома, но зато я читал его вам и всем остальным на собрании. А где Алекс?

– Я в туалете! – отозвался он. – О Господи, идите сюда, я кое-кого нашёл, правда, он мертвец!

Туалет выглядел гораздо хуже холла, но главным было то, что я увидел голову, лежавшую в унитазе, тело же было утоплено в ванной, до краёв наполненной окрасившейся кровью водой.