Отравители

Короче, эта молодая дама очень похожа, внешностью и характером, на мадемуазель Луизу де Лавальер, которая примерно двенадцать лет назад оставила его величество и удалилась в монастырь, – серьезно ответил месье де ла Рейни и сухо добавил:

– Хорошо известно, что король всегда любил эту даму, которая была доброй и верной и которая искупила грех любви к нему годами покаяния.

– Почему же тогда он ее отпустил? – прямо спросил Дегре.

– Этого добилась мадам де Монтеспан, – улыбнулся месье де ла Рейни. – Господь или, скорее, дьявол знает как, но она умудрилась полностью завоевать короля.

Месье де ла Рейни поднялся, и Дегре тоже встал.

– Я хочу, чтобы вы отправились в Лувр расследовать это беспрецедентное нападение на мадемуазель Малипьеро. Таково ваше задание.

Часть III. Дочь итальянского аптекаря

1.

Дегре не попытался скрыть от жены ни важности и трудности проводимого им расследования, ни того, что едва не погиб при нападении в Цветочном тупике, и она в свою очередь не обеспокоила его страхами и жалобами. Выходя за него замуж и переезжая в Париж, она имела представление о характере его работы и понимала, с чем ей, скорее всего, придется мириться. Она лишь позволила себе вздохнуть:

– Мне так жаль, что я помогла тебе ввязаться в это злосчастное дело!

Затем, склонившись головой на его плечо, в то время как он обнимал ее за талию, она попросила его кое о чем, и это была почти такая же просьба, как та, с которой он сам не так давно обратился к месье де ла Рейни:

– Позволишь ли ты, Шарль, чтобы я помогала тебе, если представится такая возможность?

Дегре честно посмотрел на молодую жену.

– Я не для того привез тебя в Париж, Соланж, чтобы впутывать в подобные дела. Они омерзительны и грязны, а могут быть и опасны.

– Знаю, но я приехала в Париж, чтобы разделить с тобой все. Я хочу помогать тебе. Ты же сам сказал, что я уже была полезна тебе немного.

– Больше, чем немного, – ответил он, – а в ходе расследования могут возникнуть и другие задачи, которые можно поручить только женщине. Но ты, разумеется, должна понять, что даже сам месье де ла Рейни не заглядывает далеко вперед. Мы с ним оба словно движемся в тумане, когда дорога видна лишь на шаг или два.