Лучший фэнтезийный детектив

Кроме того, существуют две разновидности этого языка, разговорный – «накшенси», и редко используемый классический, «ашкетси», также называемый «академическим». Маларья говорил на втором. Но, думаю, суть сказанного была ясна и без перевода. Демон оборвал речь на полуслове, с тяжёлым булькающим хрипом скорчился, выронил телефон и упал на пол, продолжая биться в конвульсиях. Он несколько раз задел стол, бутылка опрокинулась, виски залило бумаги. Маларья пытался что-то сделать, но был будто скован невидимыми цепями, которые теперь перекручивались, заставляя его тело противоестественно выгибаться.

Это было неожиданно. Маларья не был союзником колдуну, он служил ему и даже получал за попытки перечить хозяину жестокое наказание. А это свидетельствовало о том, что его хозяин очень силён.

Тяжёлая рука легла мне на плечо, заставив оторваться от увлекательного зрелища и обернуться.

– Эй, парень, – пробасил охранник. – Ты что тут забыл?

А забыл я то, что отвод глаз не бесконечен.

– Я это… автограф у… у Дона хотел взять.

Охранник убрал руку с моего плеча и отступил, глядя мне за спину. Я медленно развернулся.

В дверях стоял тяжело дышащий Маларья. Его ещё недавно идеальный костюм помялся, красную рубашку покрывали тёмные пятна пролившегося со стола алкоголя. Раскрасневшееся лицо демона было перекошено гримасой не до конца отступившей боли, а из ушей и левой ноздри стекали тонкие струйки крови.

И ещё он был удивлён. Очень удивлён. Пару минут назад он сам говорил, что об «экстрасенсе можно забыть».

– Ты?!

Я поставил перед собой посох и гордо задрал подбородок.

– Я.

Левая половина лица Маларьи задёргалась. Я с удовольствием подумал было, что ненароком довёл его до нервного тика, но он… расхохотался.

– Хэффиэт-шафф! – проговорил наконец демон, тыча на мой посох пальцем.

– Он был красивее… – ответил я, изображая смущение. – Что «поворота»?

Маларья посерьёзнел.

– Знаешь ашкетси. Похвально. Не «поворота» – «перенаправления». Инструмент перенаправления.

Как я и думал, посох собирал энергию извне – приём, используемый редко из-за недоступности всех стихий. Смысл его в том, чтобы использовать элемент, находящийся в зоне досягаемости.