Лучший фэнтезийный детектив

Но лучше хотя бы попытаться, чем забиться в угол и скулить о том, что это невозможно, верно?

Разбитый нос на секунду отложило, и я почувствовал резкий, слегка дурманящий запах. Он должен о чём-то предупреждать, но я никак не мог вспомнить, о чём. Только понимал, что не стоит использовать огонь, когда чувствуешь такой запах. Я зажмурился и тряхнул головой, пытаясь прояснить мысли. Это немного помогло.

Во-первых, до меня дошло, что я был привязан к газовой трубе, а газ быстро заполнял маленькое помещение. Во-вторых, если я и не подорвусь, то наверняка задохнусь.

Нужно было выбираться не только быстро, но и без лишних искр.

Сосредоточившись на люке в потолке, я постарался придать голосу максимум твёрдости и произнёс: «Effrego».

Я удивился бы, получись хоть что-то. Честно! У меня никогда не было способностей к заклинаниям, иногда я где-то ошибался, но ведь слова ещё не самое главное. Должна быть чистая воля, полная решимости, как раз такая, чтобы заклинание сработало как спусковой крючок, преобразовав мысль в действие.

Решимости у меня было хоть отбавляй – она увеличивалась обратно пропорционально количеству остававшегося воздуха.

Воли было маловато.

– Effrego, – повторил я с тем же результатом. Мои слова не сдули даже жалкой пылинки. Тогда, собрав в себе все оставшиеся силы, направив внимание только на люк и позабыв обо всём остальном, я заорал:

– Effrego! Effrego! Effrego!

Внутри меня что-то дёрнулось и ушло вслед за голосом, оставив в груди холодную, гнетущую пустоту. Словно механизм туго натянутой катапульты не выдержал и разлетелся, высвободив затаившуюся в орудии мощь, и огромный камень полетел куда-то вперёд, оставляя за собой только смерть и разрушения.

Люк вырвало с корнями, ещё в полёте разорвав его на щепки. В подпол хлынули свет и свежий воздух. Я попытался встать, но оказалось, что двигаться по прямой мне удаётся только в лежачем положении. И, плюнув на всё, оставив в себе только желание во что бы то ни стало выжить, я пополз, преодолевая лестницу по-пластунски, ступень за ступенью, утешая себя тем, что наверху меня ждало множество вещей, на которые можно опереться.

Однако всё, что я смог сделать, выбравшись, – это перевернуться на спину и лежать, не двигаясь, пытаясь выветрить глубоко въевшийся в ноздри запах. Нет, я не чувствовал его разбитым в кровь носом, но был уверен, что чувствую. Спустя несколько минут пустого созерцания потолка мне удалось заставить себя подняться. По крайней мере, я всё ещё был жив.