Жена морского дьявола

Ника прошествовала мимо отца, не одарив даже взглядом. Обида за то, что позволил людям храма наложить запрет проститься с пра, жгла сердце.

Ника прошла и опустилась коленями на тоненькую бархатную подушечку перед низким каменным столиком с одинокой тлеющей лампадкой, зажгла остальные свечи и подкурила свисающие с крышных опор горшочки с благовониями. Вынырнувший из декоративно остриженных кустов младший храмовник стал мелодично постукивать резными деревянными палочками по бронзовому диску. Трехчасовая молитва, которую невеста обязана провести на коленях, началась.

Спустя отведенное время за Никой пожаловал апостол Тодольт с семейным врачевателем для того, чтобы провести унизительную процедуру подтверждения девственности. Нику отвели в её покои, и действо происходило без лишних посторонних, за исключением присутствия мачехи. После слуги помогли наследнице принять ванну, удалили излишнюю растительность, массирующими движениями втёрли аромасла в кожу и в волосы, высушили и облачили в белоснежный свадебный наряд матери.

Только ощутив на своих плечах приятную ткань подвенечного платья без всяких корсетов и кринолинов, Ника перестала походить на каменную статую. С неё будто схлынуло оцепенение, и запрятанные глубоко в подсознании чувства ударили острой волной, едва не лишив опоры ног. Нику окутал до боли знакомый, родной запах, словно тёплые и нежные руки матери невесомо коснулись плеч и обняли, даруя успокоение и… надежду?

Как же Эринике не хватало в данные минуты Аурелии! Здесь.

Она повернулась к большому зеркалу, замерла и не узнала себя в отражении. Бледная незнакомка с празднично убранной прической: завитые локоны переплетались тонкими косами, а голову венчала родовая серебряная диадема, щедро сбрызнутая россыпью изумрудов. Узкий корсет и свисающая ажурная фата подчеркивали хрупкий стан Ники.

Нет. Это вовсе не Ника сейчас стоит здесь, а какая-то незнакомка. Мутная пелена застила взор, грозясь размазать подводку и пудру, что старательно нанесли слуги, замаскировав вокруг глаз темные круги недосыпа и пролитых слёз.

Нет. Плакать ей нельзя! Ника аккуратно тряхнула головой, прогоняя апатию. Она не посрамит имя матери. К дьяволу весь род с его дурацким сводом правил. Церемонию она пройдет до конца и свяжет себя узами брака с Чёрным Герцогом.

…А потом сбежит до консуммации.

Тогда это уже будут проблемы Форпа, раз не сумел удержать жену. Семья останется в безопасности и избежит позора.