Отрарские хроники

Здесь в мешочке медные и серебреные дирхемы, а в этом списке какие шкуры и за какую цену были проданы. Возьмите, я спросил у вашей тётушки как вас зовут и как выглядите, имя забыл к сожалению, – с этими словами он протянул их Арне.

Арна, бросив собранные ветки, спрыгнула с коня. Взяв мешочек со списком поблагодарила.

Парень, посмотрев на ветки, спросил:

– Для костра что ли?

– Нет. Стрелы буду делать, – ответила Арна.

– Понятно. До свидания, – поклонившись юноша, развернулся и не спеша пошёл.

– Постой, Аарон! – окликнула его Арна.

Купеческий сын развернулся и подбежал к ней.

– На! Возьми деньги обратно. Найди мне наконечники для стрел, как можно больше. Сто, сто пятьдесят. Чем больше тем лучше.

– А зачем вам?

– Ты когда-нибудь видел стрелы без наконечников?

– А зачем вам стрелы?

– Зачем-зачем… А зачем купцу деньги? Зачем воину стрелы? Война приближается! Не слышал?

– Да я так спросил. Хорошо, постараюсь.

– И краску красную принеси. Стрелы покрасить, чтобы знать кого я убила.

Парень в ответ молча кивнул на прощание и пошёл обратно.

Через несколько дней купеческий сын вернулся с наконечниками и краской.

– Салям, Арна. Простите, что забыл тогда… ваше имя.

– Салям, Аарон! Принёс? Молодец!

– И ещё… – парень смутился, и протянул девушке мешочек с деньгами, – наконечники и краску я купил на свои деньги. Ваши не тронул. Мой отец с другими купцами помогает городу деньгами, оружием, провиантом.

– Спасибо, Аарон, – поблагодарила юношу Арна.

Молодой человек пошёл к выходу, о чём то думая, развернувшись, он подбежал к девушке.

– А хотите я вам перья для стрел принесу?

– Нет, не надо, я ворон настреляла.

– Да? Чёрные перья? Красиво будет. Из далека видно будет. Красные стрелы с чёрными перьями – заметно!

– Нашёл о чём говорить. Вам городским лишь бы языки почесать.

– Ещё раз до свидания! Пусть Бог хранит вас и ваше семью!

Арна была не единственной кто готовился к бою. Большинство жителей решило остаться в городе. Они надеялись на крепость городских стен и храбрость воинов, а их в городе было не меньше двадцати тысяч. Молодёжь с радостью вступала в отряды самообороны. Каждый квартал, каждый рынок превращался в самостоятельную боевую единицу, которой командовал избранный атаман.