Шаман

Филиппов непроизвольно подался вперёд, внимательно слушая слова исключительно важного собеседника.

– Бывший иркутский губернатор, Иван Петрович Моллериус, в ноябре прошлого года вынужденно покинувший Иркутскую губернию и сейчас проживающий здесь – в Санкт-Петербурге, – написал Государю письмо весьма странного содержания. Вот оно, – Столыпин извлёк из внутреннего кармана сюртука вчетверо сложенный лист бумаги, протянул его Филиппову. Привстав с кресла, тот взял его. – Прочтёте позже, внимательно.

Убирая письмо в карман сюртука, Филиппов своим цепким взглядом успел заметить дату, проставленную в углу: «7 марта 1908-го года»; то есть оно было написано пять недель назад.

– Суть письма я изложу на словах, – продолжил Столыпин. – Иван Петрович долгое время прожил в Иркутске и в целом знает губернию как свои пять пальцев. В том числе он знаком со слухами, которые по ней гуляют. Вот что он сообщил Государю в своём письме и мне на словах при личной с ним встрече.

На протяжении многих лет по губернии ходят слухи, что в районе реки Подкаменная Тунгуска, протекающей в тысяче вёрстах[3 - Верста равна 1,06 километра (по сути, она является синонимом километра).] севернее Иркутска, жители деревень регулярно наблюдают в небе странные летающие тела. Этот термин – «Странные летающие тела» – я предлагаю употреблять в виде аббревиатуры СЛТ, которая нужна для конспирации, потому что об этой истории посторонним людям знать ничего не следует.

Филиппов, заинтригованный словами министра, кивнул головой.

– СЛТ, со слов очевидцев – это непонятные светящиеся объекты, летающие по небу с разными скоростями и направлениями, чаще всего заметные днём, реже вечером и ночью. Обычно наблюдатели замечают одиночные СЛТ, пару раз в неделю, но иногда они прилетают во множестве – до десятка за раз. По форме это шары или вытянутые эллипсоиды. Чаще всего они излучают белый свет, но иногда светятся всеми цветами радуги: красным, оранжевым, жёлтым, зелёным, синим.

– Показания которых надо делить на десять, – осмелился вставить Филиппов.

– Совершенно верно, Владимир Гаврилович, – задумчиво согласился Столыпин.