Кангюй. Церемония

Окрестности города Антиохия Несайская (или Александрополь в Несайе)

– Будешь отцу описывать Дару? – Кушан искусно переливает вино из амфоры в сарматскую кружку. Журчащий бордово-рубиновый ручеёк благоухает выдержанным ароматом. «Виночерпий» передаёт обеими руками полный до краёв сосуд Фраату. Парн жестом благодарит, принимает кружку, важно молчит, к вину не притрагивается. Пустых сосудов для питья более не остаётся. Кушан чистит бронзовый котелок дахов для ритуальных конопляных бань, с трубочкой-носиком на длинной витой ручке.

Очистив, осторожно, не допуская попадания мутного осадка, вливает вино.

Одетая в пыльные мужские одежды кочевников Хваризама, Маду, что сидит по правую руку от брата, погружена в задумчивость. Счастливая Маду где-то далеко и никого в том далеко не видит и не слышит. Кушан вкладывает в руки девушки котелок медно-золотого цвета, вложив, сжимает её пальцы.

– Такой, какой её увидел? Наверное, нет. – Фраат печально вздыхает и потягивает вино. – Не желаю слёз печали отца.

– Отец твой Фриапат, правителей парнов, по возвращении пригласит нас на совет старейшин.

Спросит с нас прилюдно отчёт о странствиях. Надо бы заранее договориться – ведь рассказы наши с тобой не должны расходиться даже в подробностях.

Фраат молчит, обдумывая грядущее. Кушан достаёт суму, развязывает узелки верёвок, роется в содержимом и достаёт несколько серых камней, по виду – битая галька.

– Держи, отдашь старейшинам. – Гладкий камень цилиндрической формы, размером с четверть мужской ладони, направляется к Фраату, но ловко перехватывается его сестрой.

– Отдам я. А он пусть что-нибудь другое придумает. – Маду улыбается костру. У костра же и ищет расположения ласковым голосом: – Чтимый Кушан, говорил ты как-то в беседе с торговцами, что у сарматов женщины правят племенами?

Не дожидаясь от костра ответа на вопрос, Маду дополняет речь резко требованием:

– Брат Кушан, возьмёшь меня к сарматам?

– К сарматам? Мада, тебе не надо больше пить вина. Ты уже пьяный, мой брат.

 – Фраат смеётся и забирает у сестры полупустой котелок с вином. – Кушан не возьмёт тебя в Кангюй. Зачем ты ему нужен в Кангюе?

Маду не поддерживает веселье, переводит взгляд на Кушана. Кушан серьёзен. Зелёные глаза холодны. Обижать сестру Фраата не входит в его намерения.

– Ха-ха! Он молчит. Говорю тебе, брат Мада, Кушан связан, наверное, обязательством с семьёй из ареаков, дахов, сарматов, саков… – Но закончить перечисление племён Кангюя Фраату не удаётся.