Кангюй. Бактрия

Худых слабосильных рабов отстраняют, теперь за открытие упрямых ворот берутся могучие друзья богача. С громким криком семеро разбегаются от противоположной стороны улицы, ударяют в ворота…

И…

…вдруг ворота поддаются натиску, словно были бы не заперты засовом. Створки распахиваются внутрь дома, штурмующие, не встречая сопротивления ворот, вбегают во дворик, теряют равновесие, валятся с грохотом друг на друга, тела образовывают шевелящийся холмик. Слышится удивлённое «Ох!» и «Вы ногу мне сломали!», чуть позже раздаются жалобные стоны, за стонами следуют сочные проклятья.

Живой холмик медленно расползается по сторонам. Хохот двух сотен глоток оглашает квартал. На пороге ворот из ниоткуда появляется статный юноша в пурпурных одеждах, при объёмистом свитке, в золотом венке поверх волос. Хохот немедленно смолкает.

– Аргей? – робко произносит кто-то из толпы.

– Аргей вернулся! – на вопрос радостно отвечают одним голосом два мужа.

– Какое странное совпадение! – передаёт мнение один зевака другому.

– Да-да! Пропавший сын явился сам, и прямо на торги, – ему отвечает сосед.

– Почему на нём царские одежды и венок златой? – удивляется чинный муж, участник торгов.

– Неужто восстал из Аида? – с суеверным ужасом произносит голос молодой, не старый.

– Кто это? – недоумевает победитель торгов, указывает руками на странное видение в створе ворот. – Призрак хозяина?!

Одни лишь магистраты не удивлены, всматриваются в «призрак хозяина» как в старинного знакомца, архонт прерывает чтение протокола, поднимает жезл власти к небу.

Громко поверх голов оглашает холодным официальным тоном:

– Торги имущества гражданина Ореста признаны несостоявшимися по причине обнаружения родного сына владельца дома, то есть прямого наследника погибшего. Личность Аргея, единственного сына Ореста, удостоверена людьми, знающими его с рождения. Протокол аукциона дома аннулируется.

– Почему торги признаны несостоявшимися? – Стасипп отказывается принимать услышанное, едва сдерживает гнев, багровеет, сжимает руки в кулаки, топает ногой.

 – Я опротестую итог торгов в суде!

– Таксодиарх аукциона, верните задаток победителю аукциона, – властно распоряжается Тарип, пристально глядя в глаза богачу, хладнокровно выжидает продолжения гнева Стасиппа. Под его твёрдым взглядом негодующий сникает, опускает глаза, архонт поворачивается спиной к участникам торгов. – Чиновники, нас ждёт разбор неотложных судебных дел.

– А-а-а! Дом аристократа мне не достался.