Кангюй. Бактрия

Лучники приняли бой, нанесли незначительный урон, кружили, беспокоили по флангам, замедлили движение явану, но враг не убоялся тростниковых стрел, напротив, развернулся в боевые построения из трёх частей. Митридат останавливает колонны трёхкратным поднятием штандарта. «Здесь поджидаем явану!» – это команды командиров. Парфяне перестраиваются для битвы. От усталости перестроение происходит сбивчиво и медленно. Лучники занимают центр, два треугольника катафрактов – по флангам. Всяк молится богам о павших, о личном бранном счастье и общей победе.

К полудню появляются явану. Завидев построения боевые парфян, враги останавливаются в трёх стадиях. Пыль оседает. Две армии рассматривают друг друга. Барабаны оживают злыми песнями, лучники покидают центр построения. Но что это? Явану уходят прочь. Катафракты рысью поддерживают атаку лучников. Стрелы летят в спины отступающим. Опустошив гориты, лучники возвращаются. Митридат принимает решение прекратить преследование врага. Бессонные ночи в долгих переходах дают знать о себе.

Воители устали, устали и лошади, всем требуется отдых. Катафракты спешиваются, не снимая доспехов, валятся на тёплую землю, засыпают в молодой траве подле лошадей.

К вождю и командирам два лучника волочат под руки пленного, явану, юношу лет двадцати в ранах несмертельных: в предплечье стрелой и с ногой неподвижной, сломанной, возможно, при падении.

– Кто вы? Откуда вы пришли? – через толмача-гирканца вопрошает вождь парфян.

Юноша молчит, висит бледной тенью между опорами-лучниками, смотрит исподлобья не на властителя, а на сверкающие под солнцем золотые ножны с ксифосом.

Катафракт из знати парнов подходит к пленному. Удар кулаком под дых выводит явану из оцепенения. Лучники заламывают руки пленному, валят на колени. Юноша ахает, скрипит зубами, тихо стонет от боли.

– Илы базилевса Евкратида… пришли из Бактрии… за свергнутым Евтидемом Вторым из династии Евтидема.

– Где твой базилевс Евкратид? – Митридат подходит к пленному почти вплотную, катафракт за волосы поднимает голову юноши к вождю.

Митридат наклоняется к лицу допрашиваемого.

– Базилевс был только что перед тобой. – Юноша не трусит в окружении врагов.

Митридат поворачивается к знати, переспрашивает через толмача:

– Так мы обратили в бегство базилевса Бактрии?

– Да, – следует простой ответ пленного.

Вновь скрежет зубов и приглушённые стоны. Катафракт отпускает волосы юноши, голова пленного сникает.