Кангюй. Лаодика

– Ты превосходишь Аттиду в красоте и дарованиях. Сочти её подражание тебе за комплимент. Прошу, Лаодика, не злись, а помирись с подругой. Ну, отложи хотя бы до завтра разрыв. Обожает она тебя втайне. За обожание не казнят. – Филилла напрасно пытается утихомирить гнев хозяйки. Хозяйка её не слышит.

Вновь Лаодика жалуется подруге:

– Скажи мне, дорогая Филилла, ну почему нельзя было просто насладиться вкусными пирогами и лёгким, весёлым общением? Ведь милая чепуха – такое приятное времяпровождение! Взяла и испортила настроение.

А я так старалась весь долгий вечер! Зачем мне её жених? Несказанно богат, колесница, Аполлон! Сколько ненужных восхвалений прозвучало. Преподнеси Аттида мне новость по-другому, и я была бы рада за неё.

– Да-да, Аттида неправа. Ей надо было пригласить нас к себе домой и там огласить важную новость.

Лаодика обнимает Филиллу и нежно целует подругу в лоб.

– Хоть ты и младше нас, разумом нам ты не уступаешь, а кое-кого и превосходишь. Сегодня мой праздник, а не Аттиды. – С этими словами Лаодика открывает дверь в комнату и заходит в темноту.

– Могу ли я пройти с тобой? – вежливо интересуется Филилла и, получив согласие, приняв у служанки светильник, входит в комнату. Комната оказывается окрашенной в глубокий синий цвет, почти такой же, как и пеплос на Филилле. У трёх стен расставлены вместительные сундуки, напротив входа кровать резная на тонких ножках. Рукой хозяйки по стенам нарисована летящая стая скворцов.

– Сейчас открою сундук с приданым и найду монеты.

– Как мило у тебя. – Филилла касается пальцами нарисованных скворцов. – Ты настоящий художник, подруга. Каждое пёрышко видно.

– Я тоже выйду скоро замуж. – Лаодика раскрывает кошелёк и отсчитывает серебряные оболы.

– Почему ты не сказала мне? Это, право, совсем не по-дружески. Мы с тобой близкие подруги. Я говорю тебе свои тайны, все-все, а ты мне нет! – Филилла присаживается рядом с Лаодикой.

Лаодика оглядывается на открытую дверь комнаты и тихо шепчет:

– Тайну поведаю тебе.

Никому не говори до срока. Уговор? Поклянись Артемидой. Отец, когда отправился второй раз по воле базилевса Деметрия к варварам, я слышала, говорил матери, что «достойная партия для дочери составлена, по возвращении оглашу решение моё». Думала я, отец вернётся намного раньше, чем этот день. О, хоть бы мой родитель вернулся поскорее!

– Так, значит, всё уже давно решено? – Филилла морщит лоб и загибает пальцы. – Когда покинул Бактры меридарх Евкратид?

– Не считай.