Энтропия

Притворяясь замороченным спортсменом, он накинул кепку на голову, хотя ожидать солнечного удара утром в лесу было глупо. А вот маскировка важна. Назойливые ублюдки в упорстве своём обходили взятых вместе консультантов банка, брокерской конторы и интернет-провайдера, провода которого не тянулись к нужному дому. И как только им удавалось так верно идти по его следу? Он много раз успел убедиться в их тупости и много раз вынужден был бежать, заприметив знакомую рожу в толпе, точно они шли по запаху.

В минуты усталости он фантазировал, что никогда не встречал их.

Это могла бы быть отличная жизнь. В любом случае не хуже настоящей; Ал не видел даже в кошмарах чего-то более бессмысленного, чем бесконечное бегство.

И он винил во всём отца, прекрасно понимая, не ясно, а из глубины разума, что отец остался лишь звеном в цепи неудачного жизненного пути Ала. Возможно, так отец мстил ему из земли. Такая мысль случайно пришла ему в голову с полгода назад.

Бывало, что Ал ездил с отцом в незнакомые места.

Это было странно, ведь мать не работала и могла справиться с сыном. Но для него то были неплохие дни, потому что отец появлялся дома редко. И, вполне вероятно, сам хотел побыть с сыном.

У отцовских друзей был отличный бандитский шарм, который ощущался, только если ты гость, а не жертва. А Ал был ещё и ребёнком – двойная привилегия. Когда встречи происходили в кафе, ему доставался неограниченный доступ к шоколадному коктейлю. Кто бы ещё мог похвастаться таким в девяностые?

Как-то раз дядя Валера, которого остальные звали Смутой, спросил у Ала:

– Эй, Лёшка, как папу зовут?

Может, полный рот еды, может, неожидание вопроса заставили его заикнуться:

– Вава…Влад.

Мужики засмеялись. Без надрыва. Ал запомнил, что только отцу было несмешно. Он даже переменился в глазах. Ал тоже переменился. Только отец ощетинился, а сын испугался, хотя не мог понимать проблемы. Да и кто из людей смог бы разглядеть здесь проблему? У бандитов же случилась смена: теперь вместо “Винт” Владислава звали “Вава”.

Это случилось не в один день, однако довольно быстро. Отец не сказал, как сильно ему не нравилось новое имя, но маленький Ал почувствовал и запомнил чувство.

С того дня отец реже брал сына с собой. И шоколадных коктейлей в жизни стало меньше. А потом отец умер. И зацепил с собой мать. Грустная бандитская смерть. В одно утро они просто уехали; вечером приехали отцовские друзья и без улыбок спрятались в кухне с бабушкой.