Злой Плутон в ХII доме

Ему не хотелось переходить определенную грань их отношений, хотя Вика постоянно пыталась это сделать и часто провоцировала различными ситуациями. Но Толя любил одиночество и свободу, а потому, прикрываясь тем, что она замужняя женщина, всякий раз уходил в сторону, предпочитая, чтобы все оставалось как есть.

Пока он вел телефонные переговоры, мать успела расстелить постель, и изрядно захмелевший сын, с трудом скинув одежду, рухнул на мягкую перину. Старушка бережно накрыла его пуховым одеялом и, стараясь не создавать шума, медленными шажками удалилась.

Пробуждение наступило в самый разгар дня. Анатолий ощутил на лице теплое прикосновение и, открыв один глаз, тут же зажмурился. Прямо в него светил солнечный луч, предательски пробившийся сквозь щель в занавесках. Но проснувшийся не расстроился. Он хорошо отдохнул и ощущал в себе такую энергию, какую уже не испытывал несколько лет.

В доме стояла тишина, и только откуда-то издалека доносился собачий лай. Сладко потягиваясь, Анатолий вышел из комнаты и увидел одиноко сидящую у окна мать.

–Сынок проснулся, – обрадовалась она. – Как спалось?

– Отлично.

– Вот и хорошо… Сыночек, я пока ничего не готовила, боялась разбудить, но сейчас быстренько картошечки пожарю.

– Хорошо, а я пойду, снег покидаю. Кстати, сколько времени? – и, взглянув на настенные ходики, удивился. – Ого! Уже двенадцать…

Умывшись, Анатолий бодро выскочил на улицу и, найдя в сарае орудие труда, принялся очищать заваленный снегом двор. Когда-то в детстве он ненавидел этот снег, эту каждодневную чистку, но сейчас, взяв в руки лопату, чувствовал прилив сил и умиротворение.

«Отвоевав» у зимы двор и прилегающие к нему участки, Анатолий вернулся в дом, где мать уже накрывала на стол. Запах жареной картошки на сале добавил труженику позитивных эмоций, ведь разыгравшийся на свежем воздухе аппетит требовал пищи. Приготовленное на простой дровяной печи блюдо было простым, но таким вкусным и родным, что Толя не смог выйти из-за стола, пока не доел все содержимое сковороды.

– Соскучился по твоей еде, мам. Объелся, как слон…

– Ну и хорошо, а теперь иди, отдохни.

– Да сколько можно отдыхать, – Анатолий похлопал себя по небольшому, но уже заметному животу. – Надо двигаться, а то жиром зарасту.

Этот день пролетел на одном дыхании. Сын выполнил все поставленные матерью задачи и, только когда на небо взошла луна, с чувством выполненного долга поставил инструмент в сарайку.

На ужин матушка также постаралась на славу.