Панацея стратегическая

Можно сравнить с нырянием в сугроб из парилки, если усилить ощущения от этой процедуры раз в двести!

И пришло ПОНИМАНИЕ!!! Я стал понимать, почему арка-радуга, почему перестали ныть зубы с раскрошенной эмалью, почему сегодня хорошая погода, почему я вытащил жгут света из тела земли и что это такое! Понимание на уровне чувств! Чувствуешь что это горячо, а это холодно – точно также чувствуешь, что понимаешь, это так, а это так!

Понимаешь, что это не плазма и не радуга – это НЕРВЫ планеты

И много чего другого.

Совсем как с какой ни будь задачей, морщишь мозг, пытаешься сообразить, что собственно, это такое и с чем его едят, как вдруг осенило, и ты удивляешься, почему раньше этого не понимал, ведь все так просто! Только это понимание было глобальным, если можно так выразится! Понял, что такое арка и как с ней говорить!

С ней можно говорить, это и мои нервы тоже! Мы все созданы этими нервами земли! И меняемся вместе с ними. Собственно говоря, мы и являемся автономными брызгами этих нервов. Мы находились в постоянной связи с нервной системой земли, именно она, земля-матушка вдыхает в нас душу при рождении и принимает после смерти тела, обновленную, закаленную, изменённую душу обратно в себя и меняется с каждой одухотворенной каплей! Мы, люди – внешние нервы планеты, чувствуем то, что чувствуем и отдаем наши чувства пакетами информации в тело планеты из своих тел.

Мы кожный покров земли! Когда то эта связь была утрачена и обезличена.

Очень давно.

Разбудил меня, (другого слова не подберешь) Кузьма.

– Уснул, что ли? – проворчал он, треснув меня по затылку – Чего застыл, как памятник бесхозяйственности?

Алексей осторожно потрогал световую дугу согнутым пальцем. Действительно не бьёт, только теплая!

Он оценивающе посмотрел на меня – Тебя как будто закоротило в этой арке, просветило насквозь, как рентгеном!

– Ты чего как пыльным мешком ударенный? – Кузьма толкнул меня в бок. Я с трудом собрал мысли в кучу

– Тебе тоже надо пройти!

– Иди ты в баню! – попятился от меня Кузьма.

– Да не бойся, больно не будет – уговаривал я его, пытаясь за руку втащить в световые врата.

– Пошел к черту, закоротыш! – громко завопил Кузьма, выкручивая свою руку – Уламываешь, как девочку на сеновале!

Я понял, что тащить медведя против его желания, чревато последствиями. Неприятными. И совсем не для медведя.

Отпущенный Кузьма отлетел назад, и остановился. Совсем с ума съехал – констатировал он, морщась, и растирая руку.