Чародей Великого царя. Цикл «Прорвавшийся сквозь время»

Оставшиеся двое хозяйственно закидали снегом костер – правильно, пожаробезопасность прежде всего! – и пошли следом.

Дверка в возке отворилась и меня, к моей радости, без особой неприязни засунули внутрь. Под ноги какому-то явно небедному типу, который восседал там завернувшись в роскошную шубу из бобра.

Ага.

Стало быть я пока нахожусь на нижней ступени социальной лестницы. Что, в общем, не удивительно, учитывая мой наряд.

Обитатель возка с трудом, через толстую шубу наклонившись, попытался рассмотреть меня получше и уточняюще спросил:

– Прохор?

Э-э… Что отвечать? Сказать, что нет? А вдруг в таком случае меня просто выкинут на дорогу?

Прохор-то им зачем-то нужен, а завернутый в мешковину бродяга никому на фиг не сдался.

Лучше промолчу. Вот доберемся до какого-нибудь жилья, там лаже в худшем случае появится шанс не замерзнуть насмерть.

А может даже и покормят!

В конце концов Прохора искали. Целым отрядом плюс какой-то важный бобер в возке… Значит, он им зачем-то нужен?

(Искренне надеюсь, что этот Прохор не серийный убийца, которого разыскивали, чтобы повесить.

Меж тем конские копыта опять застучали по дороге, возок тронулся поскрипывая, а я обнаружил, что это необычное для меня сооружение на полозьях, снабжено печкой!

Да-да! Возок обогревался. Причем сама топка находилась под сиденьем, которое уверенно занимал бобровый господин. Но я, лежа на полу, мог прижиматься к теплой стенке и испытывать наслаждение.

Мда.

Никогда не думал, что будучи перевозим, как багаж, брошенный под ноги небрежному вояжеру, смогу испытывать удовольствие и даже кайф.

Глава 2. Боярин

Ехали так долго, что я, разомлев в тепле, даже задремал.

Пробуждение было не сказать, чтобы нежным. Распахнулась дверь, обдав меня свирепым холодом, бобровый господин, сопя под своей шубой, переступил через меня и, поддерживаемый под локотки слугами, начал выбираться из повозки.

Меня вынули из возка куда менее трепетно. Просто выдернули за ноги.

Впрочем, никаких зверств не последовало. Даже дали забрать с собой пресловутую цепь, которую я, чтобы не держать на морозе в руках, повесил нашею. Там все-таки мешковина, металл к коже не прилипнет.

Огляделся. Вокруг было какое-то богатое подворье. В центре возвышался… как бы это назвать… банальное слово «дом» ни в какой мере не описывало это великолепие.