Обратный билет

… Наутро мое состояние и процессы, происходившие в головном мозге, можно было назвать «характерными». Вчера у нас в гостях побывали, наверное, все обитатели нашего модуля: и артиллеристы, и спецназовцы, и автоматизаторы, и «сбитые летчики», конечно. Куда же без них? Даже дядя Степа посидел с нами немного. Он жил через две комнаты, левее нашей. А нашего спирту хватило, как говорят, «на затравку». Потом куда-то исчезли наши артиллеристы и появились уже с водкой. Потом летчики притащили свой «НЗ» – все тот же спирт.

И вот наступило хмурое утро. Своего рода, час расплаты, о котором русские говорят: «Весело веселье – тяжело похмелье»… Чувствуя приближение убийственной дневной жары, я дал себе слово – бесконтрольное потребление в Чечне спиртного отныне прекратить. В умывальнике я столкнулся с дядей Степой, поздоровались. Дядя Степа как-то странно оглядел меня, осторожно спросил:

– А в-вы п-п… прож-живает…те в-в… здесь?

Я ошалело захлопал глазами, не зная, что и ответить.

– Степаныч, брось комедию ломать, – раздался из-за моей спины голос Михаила – по-твоему, какого черта он вчера проставлялся?

– А-а… – понимающе закивал головой Степан, похлопал меня по плечу и побрел к своей комнате.

– Не обращай внимания, он всем по утрам задает подобные вопросы, – махнул рукой Михаил.

– Он что, меня совсем не помнит?

– Я думаю, он вообще ничего не помнит. Для него все это время после ранения – «день сурка».

– Бред какой-то! А как же врачи? Как же служба? Как он вообще в армии находится?

– Бред, говоришь? А на гражданке ему, думаешь, лучше будет? С голоду подохнет! Его первая же ВВК* в дурдом упечет. Наш командующий его еще с первой войны знает. Сказал: пока сам жив и при деле – дядю Степу в «дурку»* не отдаст. Да и потом, он совсем безобидный. Сидит себе у коменданта на КПП, за мониторами следит, пропуска выписывает.

– А родственники как же?

– Родственники? Да нет у него никого. К тому ж его погибшим объявили. Случается и такое. Жена получила компенсацию, больше ее никто и никогда не видел. Кому такой нужен?

…Полковник Саватеев, подойдя ко мне вплотную, пристально посмотрел на меня, наверное, понюхал мой «выхлоп» и с интонацией инспектора Лестрейда, изрек:

– Что-то не нравитесь вы мне, голубчик.