Легенды Фархорна. Охота на судьбу

– Что ж, в следующий раз подожду, пока тебя покромсают на маленькие дольки, а лишь потом разряжу арбалет, чтобы не слышать от тебя очередных упреков, – раздосадовано ответил Тримз.

– Да ладно, дружище, не злись, ты все сделал правильно, – извиняющимся тоном произнес Раэль, – а тот парень в ближайшее время точно не сможет держать в руке пивную кружку, – добавил он с усмешкой, вспоминая о потасовке.

– Зато его неповрежденная рука отлично приспособится к работе шахтерской киркой! – ухмыльнулся Тримз.

– В этом я даже не сомневаюсь! – весело ответил Раэль, и друзья, не сдерживаясь, захохотали.

Пасмурные мысли по поводу произошедшего рассеялись. Дальнейший свой путь через заснеженные поля в сторону леса они прошли, сохраняя молчание, думая каждый о своем.

Навстречу им по протоптанной за день усердием множества ног дороге двигались несколько запряженных лошадьми повозок, возвращавшихся в город. Угрюмые стражники с уставшими бледными лицами, верхом на конях, сопровождали одну из телег, накрытую брезентом.

Хвойный лес Фросвинда приоткрыл древесные врата для двух постоянных гостей, пропуская их в свой заснеженный дворец. Высокие ели, гордо устремившие свои макушки в начинающее потихоньку темнеть безоблачное небо, немного покачивались на ветру.

Друзья не спеша продвигались по протоптанной дорожке, пролегающей меж укутанных в снежные одеяния сосен, с каждым шагом приближаясь к чаще леса. Возвышающиеся по бокам от дороги деревья, образовывали древесный коридор.

– Что-то тихо совсем. И куда все птицы подевались? – прервал длительное молчание Тримз.

– И животных нет. Ни единого следа, – согласился Раэль.

– Может, конечно, зайцы перекочевали куда поглубже, но это совершенно на них непохоже.

– Да уж, но отсутствия птиц это все равно не объясняет, – подытожил его товарищ.

Одинокая лесная тропа, остановившись у порога в чащу, замерла и продолжила свой путь южнее, в сторону шахт. Друзья же свернули на запад, по направлению в самую древесную гущу. Бездорожье было прикрыто массивными зарослями заснеженного можжевельника.