Тварь

Правильной формы нос, тонкие губы и совершенно обычные серо-зелёные глаза – кажется, что именно такая внешность создана для того, чтобы затеряться в толпе. Даже подумав, в нём нельзя было найти какую-то особую примету, настолько он был обыкновенным.

Остальные менеджеры работали здесь гораздо меньше по времени, а некоторые вообще только устроились. Коллектив подобрался весёлый, даже бесшабашный. И вот здесь Сергей уже выделялся, выделялся своей серьёзностью. С коллегами он говорил, в основном, на тему работы, всегда был сдержан и корректен.

Вряд ли кто-то из этих коллег мог вспомнить какой-нибудь «анекдот от Сергея», даже моменты когда Сергей просто улыбался или выдавал другие эмоции, можно было пересчитать по пальцам. За это коллеги (не в лицо, а заочно) прозвали его «Робот», на втором месте была кличка «Педант».

Отчего он был таким нелюдимым, никто не задумывался, может быть оттого, что Сергей был всегда более загружен работой, а может, что скорее всего, из-за его характера. Пока большинство работников находилось на перекурах или раскладывало пасьянсы на рабочих компьютерах, Сергей занимался странными вещами – он работал.

Он составлял договоры, отчёты, делал какие-то вычисления и прочие нужные отделу дела.

В общем, работником Сергей был примерным, что вызывало лёгкую неприязнь у братьев по оружию, и такая реакция была нормой в "Индексе". Но при всей этой неприязни, никто из коллег не стеснялся обращаться к Сергею в случае затруднений. Спрашивать совета или просить помощи у Серова, было распространённым явлением, а распространено оно было главным образом потому, что Сергей никогда не отказывался помогать.

– Опять не пойму ничего… Чёрт ногу сломит, – смеялся и негодовал один из менеджеров – Валя.

– Валёк, всё потому, что нужно перекурить, может потом и поймёшь. Сам тут больше года работаю и не во всё въезжаю, – рассмеялся сосед Вали Альберт.

– Я не работаю год, но есть один трюк… Может Сергею скинуть? – полушёпотом спросил Валя.

– Это можно… Робот сделает.

Хотя… Смотри загруженный какой. Может и не успеть, а люлей тебе дадут.

Сергей действительно был чем-то озадачен, причём серьёзно. Мы же переместимся в кабинет к упомянутому ранее Сенину.

Николаю Сенину было тридцать восемь, он уже пережил возраст Христа и большинства величайших поэтов. Впрочем, в нём не было ничего святого, да и поэтического тоже. Это был плотный мужчина среднего роста, с чёрными волосами, которые были порядком побиты сединой.