Было: Не было. Хроники среднего возраста

Там проводят свой досуг железные люди, не отягощённые предрассудками и страхами. Сидят, попивают копеечное пиво и молчат. Ибо о чём говорить? Но это не утром, конечно, это уже вечером – когда я двигаюсь домой, воскресая от морга до мужского клуба, потом через гастроном и Арбат, и уже абсолютным живчиком, хоть и усталым, в лоно любимой семьи.

Каждое утро я снова и снова прохожу этот короткий путь от жизни к смерти и назад по улице Октябрьской. То есть, по Айтеке би, конечно.

Пятница

К пятнице накапливается.

Накапливаются претензии к себе и к миру, накапливается грязь на подошвах и усталость тяжелой изжогой оседает где-то в районе солнечного сплетения. Хочется её выплюнуть, но уже невозможно – нужно переварить.

На улице влажная хмарь тёплым смрадом растекается по крышам грязных автомобилей. А гор нету вовсе – они обложены белой пеленой тумана. Ни дать, ни взять – роман Стивена Кинга. Мгла, внутри которой живут монстры. Хотя главные монстры, конечно, живут в голове и в корпоративной почте.

Там есть чего бояться, как мы все понимаем. А в тумане живут только заблудившиеся ёжики и острые ветки облетевших деревьев. Но всё-таки белёсое ничто подавляет, сужает рамки осязаемого мира.

Этот ноябрь похож на прелюдию перед сексом. Когда мальчик Кай уже разделся, приготовился, даже немного взмок, а его Снежная королева ещё задерживается где-то в своей снежной уборной. И вожделение потихоньку сменяется равнодушием, и одеваться уже как-то глупо, потому что придёт ведь всё равно, но и раздетым оставаться – совсем неприлично.

Да и холодно. Да и обидно. Да и надоело. Да и с чего Кай взял, что это будет именно секс? Томительно.

Разные мысли бродят по утрам в моей заросшей голове. Но сегодня пришла странная: хочу грибного супа с рисом. Или рисового с грибами. Хочу и всё тут. Не знаю, откуда я это взял, не уверен, что мне это вообще понравится, но вечером буду варить суп. Ноябрь – достать грибов и плакать.

А в целом, нормально всё.

Выспаться только надо. И супа.

Новогодние подарки

Моя мама была человеком мягким и добрым, но не чуждым чувства юмора. Троллила она меня редко, беззлобно, но зато всегда в цель. Во многом ещё потому, что я этого никогда от неё не ожидал.

Было это в 90-е. Я был уже вполне подростком, мне всё не нравилось, и родителям, порой, приходилось со мной нелегко. Дело шло к Новому году, а я уже, конечно, знал о том, что никакого Деда Мороза нет.