Грабители морей

Вдруг по всем окрестностям замка громко прокатился рокот норвежской военной трубы, сзывавшей всех розольфских моряков, рыбаков и вассалов на защиту замка.

Надод не понимал значения этих звуков, но тем не менее сердце у него сжалось недобрым предчувствием. Он и без того уже был встревожен тем, что Ингольф слишком долго, по его мнению, не возвращается.

Но вот на берегу раздались чьи-то быстрые шаги. От пристани отделилась шлюпка и поехала к бригу… Это возвращался капитан.

– Я запоздал, – сказал Ингольф своему товарищу, вступив на палубу, – но там, в замке, случились важные происшествия. Пойдем ко мне в каюту, я тебе все расскажу. Эй, господин Альтенс! – позвал он мимоходом своего помощника.

– Я здесь, командир мой.

– Всех людей на места, да втихомолку приготовьте все к сражению.

– Слушаю, командир мой, – совершенно невозмутимо отвечал Альтенс.

В сопровождении Надода Ингольф вошел в свою каюту. Заперев за собой дверь, пират предложил Надоду стул и сел сам.

– Я хотел с тобой давеча поговорить об одном осложнении. С тех пор дела еще более ухудшились, предупреждаю тебя.

У Надода перекосилось все лицо, но он ничего не сказал.

Ингольф продолжал:

– Мне кажется, что нам придется отказаться от нашей экспедиции.

Надод все молчал, только огромная волосатая рука его судорожно сжималась.

– Само собой разумеется, что я тут ни при чем, – флегматично продолжал капитан, – и что твои замыслы, вероятно, отчасти сделались известными там…

Он не мог продолжать. До сих пор Надод сдерживался, но тут вся его злость прорвалась наружу.

– Очумел ты, что ли, чертов сын? Настоящий ты Вельзевул после этого… Что ты тянешь из меня душу, отчего не расскажешь разом, что такое случилось?

Ингольф встал, покраснев от гнева.

– Еще одно слово – и я тебя задушу, – сказал он голосом, в котором звучала холодная решимость.

Надод отскочил и выхватил из кармана пистолет.

– А! Так вот ты как! – вскричал Ингольф и, взмахнув ногою, очень ловко вышиб из рук Красноглазого пистолет, который отлетел прочь шагов на десять.