Грабители морей

Волны бросали его из стороны в сторону, как ореховую скорлупу. Вода переливалась через всю палубу от одного конца до другого, и люди хватались за веревки, за что попало, чтобы не быть унесенными в море. Команда из шестидесяти или около того матросов выбивалась из сил.

На мостике, держась за перила, стояли двое мужчин и с тревогой наблюдали погоду и ход корабля.

Один из них был капитан: его можно было узнать по рупору, который он приставил к губам, чтобы, командуя, перекрикивать рев урагана. Нахмурив брови, устремив глаза на горизонт, покрытый тяжелыми тучами, в которых медно-красным отблеском отражались последние лучи закатившегося солнца, он стоял, по-видимому, совершенно спокойно, как если бы погода была самая тихая и благоприятная.

Зато его товарищ, с ног до головы закутанный в морской плащ, с поднятым капюшоном, был возбужден и взволнован до крайних пределов.

– Это все ты виноват, Ингольф, – неустанно твердил он капитану. – Всему виной твоя смешная осторожность, твоя ужасная флегматичность.

Приди мы часом раньше, проход был бы свободен, потому что в то время этот чертовский ветер еще не поднимался, и плыли бы мы теперь совершенно благополучно по закрытому от ветра фиорду.

– Заладил одно! – отозвался Ингольф. – Жаль только, Над, что этим ты делу нисколько не поможешь, и ветер не переменится от этого ни на одну четверть… что, впрочем, было бы для нас спасением.

– Что ты говоришь?

– Говорю, что если через полчаса ветер не переменится, то мы погибли.

– Погибли! – с ужасом воскликнул тот, кого называли Надом (уменьшительно от Надод).

 – Как погибли?!

– Очень просто, – отвечал Ингольф так спокойно, как если бы он сидел где-нибудь в безопасном месте на твердой земле и потягивал из стакана норвежский эль.

– Я все средства, все маневры перепробовал. Скоро, пожалуй, придется рубить мачты.

– Как же быть?

– Никак. Разве с такой бурей можно бороться? Через полчаса, если так будет продолжаться, пиши пропало.

– Послушай, ведь ты такой опытный… Неужели ты не можешь придумать?

– То есть это что же придумать? Средство идти против ветра, когда он вместе с течением несет тебя к берегу?.

. Нет, братец, тут никакая опытность не поможет.

– Стало быть, мы, по-твоему, бесповоротно осуждены?

– Да, если в течение получаса ничего не случится.

– Значит, ты надеешься только на чудо?

– Чудо тут ни при чем. Нас губит не чудо, а буря, и спасти нас может самая естественная перемена ветра помимо всяких чудес.