Падение Царьграда

Лодка быстро летела мимо ворот Святого Петра, обогнула Галатский мыс, оставила за собой гавань рыбного рынка и вдоль северного берега шла под тенью большой круглой башни, столь высоко поднимавшейся, что она казалась частью неба. За Тофане уже открывался Босфор с Скутари направо и Серальским мысом позади.

Если смотреть из морской гавани, этот старый, исторический мыс производит такое впечатление, словно Азия в давно прошедшие времена бросила его в волны в порыве гнева. Издавна он служил любимым местом для игры человеческой страсти, ненависти, ревности и самолюбия.

Долго не мог князь Индии отвести глаз от Святой Софии, от ее удивительного купола, но наконец он стал рассказывать Лаели легенды о Серальском мысе.

Он углубился в рассказ об Евфросинии, дочери императрицы Ирины, и, видя интерес, возбужденный в Лаели этой историей, так увлекся, что не заметил, как северная часть неба, дотоле ясная и голубая, стала покрываться беловатой дымкой.

Чтобы избегнуть быстрого течения у Кандилийского мыса, гребцы перебрались к азиатскому берегу.

Тут сновало много лодок, но простых, скромных, так что лодка князя Индии обращала на себя общее внимание.

Князь между тем достиг самого интересного места в своей истории и рассказывал, как жестокий император Михаил хотел обманом жениться на невинной, беззащитной Евфросинии, когда неожиданно Нило дотронулся до его руки. Он оглянулся. Целый флот маленьких лодок несся им навстречу, а над водой крутились чайки. Он посмотрел на небо и тотчас понял, в чем дело, но прежде чем он произнес хоть одно слово, Лаель начала жаловаться на холод, и Нило накинул ей на плечи свою красную мантию.

– Поднимается буря, – сказал князь, обращаясь к гребцам, которые прежде поглядели на небо, а потом ответили в один голос:

– Буря близка, но что нам делать, про то знает наш господин.

Действительно, погода неожиданно изменилась. Черные тучи быстро поднимались с горизонта: поверхность воды, все еще гладкая, почернела, а ветер поднялся такой сильный, что рвал паруса на судах, которые спешили бросить якоря.

Ясно было, что буря надвигалась, и следовало искать убежища. Перед ними тянулся азиатский берег до Белого замка, страшилища христиан, и в нем князь Индии решил скрыться от непогоды; если же начальник крепости отказался бы приютить его, то подле протекала маленькая речка, известная под названием Азиатских Сладких Вод, и она могла представить верное убежище для их лодки от ветра и волн.