Охота на Ведьму

Очень тихо, почти не дыша подошла к бугаям и прошмыгнула в тюремный коридор.

Стоявшие свечи в оконных проемах слабо освящали мрачное помещение. Холодные серые камни уныло встретили незваного гостя. Сделав пару шагов, я услышала, как чуть вдалеке о чём-то переговариваются женщина и мужчина. Дойдя до самого конца коридора, я увидела, что в камере сидит заплаканная Марсия, а около неё стоит не очень высокий, упитанный мужчина в богатых одеждах. Кроваво-красный плащ был украшен вышитым золотым, полыхающим солнцем.

– Зачем же себя мучить? – спросил он у Марсии. – Ты ведь высоких кровей. Тебе просто нужно сказать, куда делся ключ, – голос Великого Инквизитора, был приторно-сладким, тошнотворным. – И мы освободим тебя, – Марсия что-то бурчала себе под нос, часто всхлипывая и давясь слезами.

А у него довольно железные нервы, подумала я, другой давно бы уже не выдержал и оттаскал её за волосы.

Да что же это за напасть такая, простонала я, опять прячась за стеной коридора. Хорошенько сосредоточившись и прочитав заклинание ещё раз, наложила морок по второму кругу. Сокрушительно опустив голову, я поняла, что Марсии я помочь не смогу. Поэтому отправилась на поиски Тарры.

Тётя сидела в отдельном помещении и была, как обычно, совершенно спокойна. Скинув морок, я бросилась к камере.

– Что ты тут делаешь? – фыркая на меня, прошипела тётя.

– Спасаю тебя конечно, что же ещё!

– Моё время пришло, а твоё только начинается, – она мрачно на меня посмотрела, говоря опять какими-то загадками.

– Я не оставлю тебя тут умирать! – не успокаиваясь, шептала я. После чего дотронулась до клетки и как только мои ладони коснулись железных прутьев меня словно кипятком ошпарило. Я чуть не закричала, но вовремя закрыла рот. Посмотрев на свои руки, ужаснулась, так как на них остались поперечные ожоги.

– Меня уже не спасти. Выполни последнюю мою просьбу, отправляйся в Лисс, а оттуда в Пустынные земли, и ни при каких обстоятельствах не показывай никому ключ от книги «Трёх Богов», кроме Пьера Дэ Эвре, – говоря всё это, на её лице не дрогнул ни один мускул, – А теперь ступай, да берегут тебя Боги.

Я беспомощно сидела на холодном камне, винив себя за то, что не в силах ничего сделать.