Моё настоящее имя. Истории с биографией

в кратово я больше семидесяти лет знаю стояла пятилетней у станции кратово

с прадедом за ручку и ждала маму из города – и она выходила из электрички

своей чаплинской походочкой носками врозь

в шелковом платье в облипочку и в черной шляпе

с полями и выросшим сбоку на полях

букетиком искусственных незабудок

и с двумя сумками

восторг восторг – мы стоим не на той стороне

куда поезд подходит а на противоположной

и переходить на ту сторону запрещено

потому что одна бабушка из родственной семьи

которая тоже здесь дачу снимала

как-то переходила под платформой

высунула свою беленькую бедную головку —

и как раз под летящий паровоз

а под платформой осталась полная сумка яиц

которые она везла семье

и все до единого остались целехонькие

и еще не забыть —

уезжаем со съемной дачи на грузовике

в кузове кровати столы стулья и мы с мамой

а прадед в кабине сидит

на нем белые холщовые штаны

а в руках у него авоська в ней утка

это бывший утенок которого мне купили

на рынке в начале лета

я с ним играла и кормила его

он за мной по пятам ходил

но за лето утенок вырос

о том чтобы его съесть речи не было —

как можно домашнее животное есть…

я умолила забрать его в москву

прадед довез утку до москвы в авоське

высунув ее из машины

потому что она гадила

на его белые парусиновые штаны

утка долго жила у нас в дровяном сарае

прадед относил ей еду после обеда

и я помню как после чая дед собирает

остатки какого-то печенья

и просит у леночки банку для чая —

утке отнести

бабушка смеется и говорит

что утки чаю не пьют

ближе к зиме утку из сарая

украли дворовые мальчишки и съели —

они сентиментальными не были

никакой хронологии на самом деле нет

хронология явление временное для удобства заполнения документов

а жизнь круглая просторная направлена не в одну сторону и не в четыре иногда горизонт прорывается верх-низ отменяются и ветер посмертия бьет в лоб

мусорный лес – говорит андрей – он понимает

родители оба работали в институте лесоведения

и у него тоже осталось некоторое понимание леса —

казанская дорога была самым сосенным местом подмосковья

но сосен становится все меньше

разнолесье непривередливый клен осина и кустарник

у андрея в мастерской завершенный мир

большой красоты и замкнутости —

как будто своя собственная система координат —

верх-низ-горизонталь

и еще одно измерение без названия

де