Кубанский шлях. Исторический роман

– Ты, Клим Иваныч, будь мне муж! – в ответ произнесла девица, скромно склонив голову.

Степан и Фрол стояли в отдалении, вместе с женщинами, детьми, с удивлением следили за диковинным действом.

– Что это, игрища? – спросил Степан стоявшего рядом парнишку.

– Свадьба! – засмеялся он, – вы, что не видите? Вон уже атаман выходить.

– Любо ль, молодцы-удальцы, благословить новых мужа и жену? – воскликнул атаман и первым закричал:

– Любо!

– Любо! Любо! – подхватили казаки.

Но тут на площадь въехало несколько вооружённых конников.

Они подскакивали к мужикам, которых можно было без труда, по одежде, отличить от станичников, заглядывали им в лица. Двоих уже скрутили. Фрол, заметив колыхания в толпе, вырвал взглядом происходящее, дёрнул Степана за рукав:

– Смываемся, кажись, по нашу душу.

Бочком, бочком, укрываясь за спинами зевак, друзья покинули майдан и быстро устремились вон из станицы.

– Что? Что ты увидел? – спросил запыхавшийся Степан, когда они выбежали за околицу и остановились.

– Беглых вылавливают.

– Откуда тебе знать?

– Похоже на то, пошли скорей отсюда.

– Вот тебе и вольный Дон. Видно, никуда нам не скрыться, – разочаровано прошептал Степан, догоняя Фрола.

– Ничего, Стенька, столько уж пройдено…. Придумаем что-нибудь, – обнадёжил друга Фрол.

На третий день они, наконец, вышли к реке и ошеломлённо замерли. Широкий и могучий в приволье степей раскинулся красавец Дон. Зелёные деревья обступили его с обеих сторон изумрудным ожерельем. Они отражались в водной глади, словно любовались собой, и лёгкий ветер играл в их вершинах.

Под ясным солнцем, на просторе, медленно плывёт великая река. Не бурлит, не волнуется, будто дремлет на песчаном перекате.

– И в правду, Тихий Дон, – взволнованно прошептал Степан.

Запах реки и трав, парящий орёл в поднебесье, высокая синева – всё трогало души путников. Им верилось и не верилось, что это конец их долгой дороги к Дону.

Стоя на крутом прибрежном утёсе, приумолкли, призадумались друзья.

«Ох, как бы хотелось вот так, всю жизнь, дышать вольной грудью, любоваться плавными водами великой реки, землю пахать, жито сеять на степных просторах, детей растить», – мнил себе Степан.

«Только б здесь не достали царские слуги. Надо в казаки записываться. В войске не найдут. Только как это сделать? Нужны подходы, придётся знакомыми обзавестись, приятелями. Всё выведать, – размышлял Фрол, – только в последней станице, где они со Степаном проходили, иное видится.