Сказания Бореалис. Шипы и Розы

Он удивлено смотрел на Лето, тяжело дыша от гнева:

– Лорд Тоссер, я полагаю?

Рейтран Тоссер, племянник графа Колфилда, освободил хватку и сделал шаг назад. Он привлек нежелательное внимание, да и ладно. Пусть эти идиоты знают, кто он такой и на что способен. Мужчина поправил шевелюру, прищурился. Он пытался вспомнить подошедшую пару.

– А, – заговорил он низки хриплым голосом, – я так понимаю, передо мной Лето Рейнхарт, второй сын, и Мирайн Олластер, сестрица этого зверька.

Мира обошла Адену, та покорна спряталась за ее спиной.

– Для вас леди Мирайн и леди Адена, – со злобой в голосе произнесла она.

Как ей хотелось сейчас ударить этого заносчивого грубияна, или сделать чего похуже. Но нет, сейчас будет достаточно оплеухи от ее сестры.

Будто услышав ее мысли, Лето выступил вперед.

– Я полагаю, милорд, – заговорил он спокойным рассудительным тоном, – у вас с леди Аденой возникло какое-то разногласие?

– Недопонимание, – прорычал свозь зубы Рейтран.

– Верно. И я думаю, будет лучше забыть это недоразумение.

Лето был наслышан о графе Тоссере и его родне. Семья из простого люда, они быстро разбогатели во время Западной войны, поставляли руду и кожу для армейскох кузни. За заслуги перед империей дядя Рейтрана получил земли и звание графа. О племяннике же ходили разные грязные сплетни. Говорили, что он был жесток со своей женой, бедняжка не выходила из замка, стыдясь своих побоев. Еще говорили, что он оскорбил дочерей нескольких лордов. Но никто из них не обвинил его.

Поджав губы, Рейтран посмотрел на молодых людей, он хотел было что- то еще добавить, но остановился. Наигранно поклонился.

– Хорошего вам вечера, миледи, милорд.

Рейтран ушел по коридору, его силуэт пропал во тьме.

Мира резко развернулась и схватила сестру за плечи:

– Ты хоть понимаешь, что ты наделала?

И вот Адена снова попала в тиски. Бедная девочка, неужели сестра не видит, что она и так пострадала? К чему сейчас эти нравоучения?

– Как я могла такое стерпеть, такую грубость? Я что, какая-то прислуга?

– Ты хоть представляешь, кого ударила? – девушка начала трясти сестру.

Лето никогда не видел Миру такой. Ее лицо пылало, она вся из себя превратилась в нечто злое, даже жестокое. Ее глаза грозно смотрели на Адену, которая ее сейчас боялась. С какой силой она ее держала! Казалось, плечи в этой хватке начали неметь, она уже не чувствовала боли.