Сибирская сага. История семьи

В самый разгар схватки, когда мужики дубасили друг друга кулаками, появлялась невысокая, тоненькая Лина, молча брала Колю за руку и решительно и быстро уводила с поля боя, а он виновато улыбался, глядя на окружающих, и, пожав плечами, послушно, как ягненок, шел за ней. Иначе остановить его было невозможно.

Часто зимними вечерами Коля брал в руки баян. Играл и пел, когда один, а когда и вместе с женой. У Лины был хороший высокий голос. Они любили петь русские народные песни и романсы – в то время все начали увлекаться городскими и цыганскими романсами.

Я помню еще то время, когда бабушка Лина, растапливая печку в доме на Старом Базаре в Красноярске, пела тоненьким голосом «То не ветер ветку клонит». Она и раньше в наших компаниях пела, но вместе со всеми, я и внимания не обращала, а тут одна – да так задушевно, задумчиво… Потом, как будто очнувшись, глянула на меня:

–?Что смотришь? Мы ее пели с твоим дедом в молодости.

Так я узнала, что у бабушки Лины хороший слух и голос (в то время ей было шестьдесят четыре года).

А про то, что она в молодости была не только красавица, но и певунья, рассказывала дочь Адама, Мавра Адамовна Вебер-Маркова, когда мы с мамой жили у нее в Красноярске.

Брат на брата

В новой семье дети появились не сразу. Только через пять лет, в 1910 году, родится моя тетя Клава, в 1912 – дядя Шура, в 1914 – моя мама, Мария Николаевна. Летом 1917 года родилась Аля, Алечка – так ее звали всю жизнь. Моя прабабушка очень любила своих внуков, детей Коли и Лины.

Они жили под одной крышей, она их растила, воспитывала. Дети Адама не жили с бабушкой, и к ним она относилась спокойно, а этих любила всем сердцем и прощала все шалости.

Война 1914 года разлучила Лину с мужем, а Екатерину Ивановну с сыном.

Николая Вебера и Егора Зуева призвали в армию. Они вместе воевали, были ранены, но остались в живых и вернулись домой, зараженные большевистскими идеями, привезя с собой в разобранном виде винтовки. Еще в 1909 году в Петербурге они посещали кружки противников царизма, а теперь организовали большевистскую ячейку в Каратузском.

Прабабушка Екатерина негодовала:

– Какой такой партия, зачем польшевик, кто такой?

Лина же, с ее мятежным характером, понимала мужа и брата, поддерживала их. В массе же казаки были против преобразований, оставшись верными государю. Огромная семья распалась на два лагеря. Близкие люди в одночасье стали врагами.

Не стану описывать в подробностях, что происходило тогда в Сибири.