Значит, не было бы и меня. Исторический роман

Их глаза встретились, дыхание участилось и, Катерина сама не понимая как так вышло, поддалась на жаркий поцелуй Антона.

Но скинув наваждение, она резко оттолкнула его от себя.

– Ты чё? Сбрендил что ли? – произнесла она в негодовании.

– Извини, ничего не могу с собой поделать! Больно уж ты мне в душу запала. Как глаза закрою, тебя вижу. А вчера, представляешь, чуть жену твоим именем не назвал! – стал рассказывать Антон.

От его слов о жене, Катерине стало не по себе.

– Уйди! И не подходи ко мне больше, – раздосадовано произнесла она.

– Ничего не могу с собой поделать.… Понравилась ты мне, – ответил Антон, пытаясь снова обнять Катерину.

– Ты совсем ополоумел! Я сейчас закричу! – еле сдерживаясь от негодования, произнесла она.

– Хорошо, хорошо. Я всё понял. Извини, если что не так… – пробормотал Антон и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, ушел.

Катерина стала машинально набирать сено, а сама была в полном недоумении от произошедшего. Сама не своя она отнесла коровам поесть и по пути встретила Анфису.

– Катерина, что случилось? Погляди, на тебе лица нет! Да и бледная такая! – взволнованно произнесла та.

– Что? – спросила Катерина, не поняв её слов, от того, что совершенно их не слышала.

– Что с тобой? Не приболела, ли? Лица на тебе нет! – повторила громко Анфиса Петровна.

– Да нет, не приболела… Просто корову доила, а она резко ко мне морду свою повернула…. напугала очень! – соврала Катерина, первое, что пришло в голову.

– А-а! Понятно! Ты смотри поосторожнее с ними, они и копытом лягнуть могут.

– Да, хорошо, спасибо. А я точно в этот раз привязать забыла, – снова соврала Катерина.

– Что-то жарковато сегодня! – сказала Анфиса, снимая платок.

– Да, точно. Весна ведь уже скоро! – согласилась с ней Катерина, понимая, что её тоже бросило в жар после случившегося.

– А ты чего на обед не пришла? – снова спросила Анфиска.

– А что уже обед был? А я как-то замоталась, думала ещё рано, – с искренним удивлением ответила Катерина.

– Ну, ладно, пойду я дел много ещё, – пробормотала собеседница и, напевая себе что-то под нос, ушла.

Катерина, немного придя в себя, почувствовала урчание в животе. Но обеденный перерыв уже прошёл и, она решила, что терпеть теперь придётся до вечера. Тяжело вздохнув, она поправила платок и направилась к коровам.

– Катерина! – окликнули её сзади.