Танец с Хаосом

Все прелести Афродиты, прошу простить за дурацкий каламбур, расписывать нет смысла.

И в-третьих, этот спокойный и очень древний мир (планета, как выяснилось, старше Земли на полмиллиарда лет, не меньше) абсолютно безопасен. Сириус – бело-голубая крупная звезда с вращающимся на ее орбите остывающим белым карликом – стабилен, превращаться в сверхновую не собирается, даруя обитаемой планете достаточно тепла и ультрафиолета. Опасных астероидов или комет, грозящих столкновением, поблизости не обнаружено. Тотальное отсутствие опасных людям вирусов и бактерий – бича чужих миров.

Так почему бы человечеству не прибрать к рукам столь удобную, а главное, бесхозную планету? Тем паче, что колоний за пределами Солнечной системы пока всего лишь четыре, с общим населением, едва достигающим пятьдесят тысяч человек.

Прибрали. Построили Город. Вообще-то поселение носит пышное наименование Cesarea – Цезарея (это в англоязычном или латинском варианте), а если адаптировать его к русскому языку – Кесария. Кто придумал такое имя, не имею представления. Скорее всего первые, высадившиеся на Афродиту шестьдесят четыре года тому, дальние разведчики, устроившие на месте нынешнего Города постоянную исследовательскую базу. Парни, видимо, тащились от греческой мифологии и истории Рима.

Потом возвели Комплекс. Разбросали по орбите спутники слежения и установки ПКО, способные уничтожить потенциального противника – это при условии, что за все последние сто с лишним лет, начиная от полета Гагарина и вплоть до настоящего времени, мы не сталкивались лицом к лицу с носителями чужого разума, то есть с тварями, обладающими настоящим, схожим с человеческим, интеллектом. Никаких достоверно зафиксированных встреч с разумными существами, никаких радиоперехватов, никаких носителей информации, способных пролить свет на вероятных соседей по Галактике.

А мне теперь расхлебывать.

* * *

– Если твоя жизнь под угрозой, возвращайся, – твердил Навигатор, но я его не слушал. Смотрел. И не верил. – Почему не отвечаешь?

– Тут… В общем, это надо видеть, – выдавил я и просто уселся на пороге аварийного выхода. Ноги не держали.