Шёпот ночного дождя

Не то, что наши «арисаки»! Лейтенант сказал, что они на крестьян похожи, а не на солдат. Даже не на крестьян, а на бандитов. Бандиты они и есть.

Последнее Морио произнес с презрением.

– Не повезло мне, – неприязненно проговорил Исами.

Морио понял, утешил товарища:

– Наши батальоны погнали по лесу ещё один отряд. Говорят, очень большой и вооружён хорошо. Пулемёты у них точно есть. Так что мы ещё повоюем.

Пост догорал. Отстоять удалось только несколько построек. Исами удивлялся, какие у русских добротные дома – из брёвен, со стеклянными окнами.

Разожгли костры, варили рис в котлах. Интендант делил продукты, которые десантники успели вынести из магазинов и жилых домов. Исами с Морио попробовали русский хлеб. Не понравилось. Жёсткая, прогорклая мякоть вязла на зубах.

На следующий день солдаты под командованием офицеров разгружали транспорты. Артиллеристы выносили из трюмов крупповское оружие. Стучали копытами по настилам крепкие манчжурские лошади, отобранные у китайцев; чутко прядали ушами европейские тонконогие кони, принюхивались к незнакомому воздуху.

Солдаты стаскивали на берег большие брикеты спрессованного сена, громоздкие ящики с американской тушёнкой и соками, коробки с фруктами, мешки с рисом, катушки телеграфных проводов. Говорили о том самом «большом отряде», с которым батальоны сейчас сражались где-то в лесах. Фамилию командира назвали – длинную, не выговоришь: Гротто-Слепиковский. Сколько в том отряде человек, никто не знает, но капитан Хиранума утверждал, что много.

Постепенно обустраивались. Исами с раннего утра до поздней ночи строил казармы в гарнизоне. Новые бараки вкусно пахли свежим деревом – длинные, узкие, с небольшими окнами и высокой несимметричной крышей. Солдаты по приказу командиров занимались ремонтом уцелевших построек. В доме смотрителя поста обосновался штаб.

Небо затянула пелена, но дождя не было, только моросило время от времени. Невидимая морось пропитала влагой весь гарнизон, постиранная одежда не высыхала. Исами по ночам мёрз в новой казарме, кутаясь в сырое одеяло, но не жаловался, как и его товарищи.

Всё чаще проскакивало в разговорах новое название Корсаковского поста: Отомари.

На третий день пелена в небе растворилась, засияло солнце, и сразу стало жарко.

Гарнизон сильно беспокоили партизанские отряды. Роты пехотинцев уходили в леса, воевали с ними. Исами, как и остальные новобранцы, в боях не участвовал, и переживал, что так и не сможет постоять за честь Японии.