Большая охота

 – Изабель, которая, как ты недавно обмолвился, знает все про всех, утверждает, что Джейль – шпион византийского императора, а рескрипт королевы Элеоноры у него поддельный. Я не знаю…

Он прервался, недоуменно воззрившись на Дугала. С шотландцем творилось что-то неладное. Мак-Лауд сипло перхал, размахивал руками и мотал головой. Гисборн далеко не сразу понял, что кельт смеется.

– Чему ты радуешься? – уязвленно осведомился Гай. – Хочешь сказать, Ральф Джейль не имеет никакого отношения к Константинополю?

– Имеет… самое прямое… – просипел шотландец, все еще не в силах справиться с хохотом.

 – Джейль – византийский шпион… Браво, женщина! Брависсимо! Нет-нет, Гай, не обращай на меня внимания. Все так и есть. Джейль трудится в пользу Комниных, это истинная правда. Кто бы тебя ни спросил, так и отвечай: Ральф Джейль – византийский лазутчик, поганый убийца и похититель невинных девиц.

– Вот как? – Гай нахмурился. Прямодушный англичанин не любил, когда с ним играли втемную, и тем паче, когда над ним потешались.

 – Тогда, может быть, расскажешь наконец про себя? Какой такой славой ты просил поделиться этого сукина сына? Кому служишь ты?

Шотландец резко посерьезнел. Вопреки ожиданиям, англичанин получил точный и недвусмысленный ответ:

– Хитромудрой Элинор, да благословит Господь ее начинания и ее друзей. Чтобы уж сразу все прояснить, Гай: мы с Джейлем служили одному господину, вернее сказать, госпоже. И в этой истории с архивом должны были быть заодно. Но, видит Бог, нынче Ральф встал на кривую дорожку, и она не доведет его до добра.

Боюсь, скоро конец его везению. И… прости, что втянул тебя во всю эту грязь.

– Ты меня не втягивал, я сам втянулся. А что за старые счеты меж вами? – почувствовав, что настал тот редкий случай, когда Дугал говорит правду, Гай твердо решил выяснить все до конца. – Что он имел в виду, когда орал «Теперь мы квиты!» там, в ущелье?

– Тебе непременно хочется это знать? Именно сейчас? – скривился шотландец.

– Да! – почти в полный голос рявкнул сэр Гисборн.

– Что ж, раз тебе невтерпеж… Лет десять назад я стал виновником гибели его семьи, – нехотя сообщил Дугал. – Покойный отец мессира Джейля был шерифом английской короны в Дингуолле – это неподалеку от моих родных краев. Джейль-старший придерживался той идеи, что для поддержания спокойствия и порядка нет средства лучше доброй плахи и крепкой веревки. Однако во всем надо знать меру, а господин шериф этой меры ведать не хотел.