Большая охота

Гай мог поклясться спасением души и отцовским наследством, что Дугал Мак-Лауд окончил дни свои в злосчастной долинке неподалеку от замка Ренн. Да, порой люди выживают после самых невероятных ранений, но невозможно остаться в живых, приняв две пущенные в упор арбалетные стрелы! Может, на самом деле лежащий вон там человек не Дугал? А кто? Неупокоенный дух, как заявила мистрисс Уэстмор? Такое случается, Гай собственными ушами слышал подобные истории. Промыслом Господним люди, ушедшие из жизни до срока, возвращаются в мир живущих – дабы исполнить свой долг или осуществить незаконченное дело.

А если они все-таки ошиблись, и Дугал не умирал? Первое, что нужно сделать, когда шотландец придет в себя – расспросить его как следует!

Промаявшийся бессонно до самого утра мессир Бернардоне вылез из своего закутка, весь облепленный мякиной. Молча обозрев себя, он скорбно вздохнул и взялся отряхиваться – без особого, впрочем, усердия, скорее из привычки к аккуратности.

Гаю захотелось слегка расшевелить попутчика. Вспомнив загадочную обмолвку шотландца, он спросил:

– Франческо, кто молится кошельку?

– Евреи-ростовщики, – уныло откликнулся Франческо. – Монахи на моей очень далекой отсюда родине. Это старая и не слишком-то достойная шутка, мессир Гай.

– А еще? – не отставал ноттингамец. – Я не шучу, я серьезно говорю!

– Еще так злословят глупые и недальновидные люди, желающие изведать на своей шкуре гнев рыцарей Храма, – язвительно сообщила проснувшаяся госпожа Уэстмор, зевая и прикрывая рот ладонью.

Мак-Лауда голоса и дневной свет ничуть не обеспокоили. Он продолжал лежать пластом, в точности похожий на мертвеца, и лишь мерное дыхание обнаруживало в шотландце признаки жизни.

– Погоди-ка… Ты говоришь о тамплиерах? Разве в Безье есть прецептория Ордена? – удивился Гай Гисборн, привыкший, что на Британских островах храмовники располагают свои владения либо в больших городах, либо в портах на побережье, чтобы оказаться поближе к сосредоточию торговых и денежных дел.

– Есть, – кивнул Франческо. – Мне рассказывали. Правда, где именно, я не знаю. Зачем вам храмовники, мессир Гай?

– Вроде бы Дугал намеревался отвести нас туда. Может быть, еще и отведет. Если сможет идти, конечно, – ноттингамец пробрался к прикрытому хлипкой дощатой дверцей квадратному окну сеновала и выглянул наружу. Лестница за ночь никуда не делась.