Нечто иное

 – Ты не забыл о нашем уговоре? Ты уйдешь в плотный мир, выполнишь то, о чем я просил, тогда уйду и я, через одну из этих проклятых дверей. Ты спасешь мир, а я найду успокоение.

– Нет, я не забыл.

Рука Кости протянулась навстречу.

Холод. Жуткий холод сковал Костю. Он попытался вырвать руку обратно, но не тут-то было. Старик вцепился в нее так, словно утопающий за спасателя. Костю затрясло, перед глазами все завертелось. Жуткий хохот донесся откуда-то издали, и Костю потащило, словно под лед, в прорубь, а затем…

Свет больно ударил в глаза, и, казалось, пронзил все тело насквозь.

– Выключить свет, срочно! – донеслось до Кости издали. Так слышат люди, отходящие от наркоза.

– Он приходит в себя, – раздался ближе женский голос. – Фантастика!

Свет стал тусклым, но разобрать что-либо вокруг Костя не мог. Голова кружилась, сильно тошнило и бил сильный озноб.

– Х-х-о-л-л-о-д-д-но… – прошептал Костя.

– Что он говорит? – Над Костей склонилось лицо мужчины.

– Он сказал, что ему холодно, – ответил женский голос, и через секунду на Костю положили еще одно одеяло.

– Костя, вы слышите меня? Я ваш врач.

– Да, – прошептал Костя. – Я слышу и вижу.

– Все физиологические показатели в норме. Только температура тела упала до 34 в момент, когда он пришел в себя, а теперь резко поднялась до 38,6 градусов, – констатировал женский голос.

– С возвращением с того света, – улыбнулся врач. – Можете пошевелить пальцами?

Костя попробовал. В суставах кисти появилась резкая боль.

– Молодец, получилось! – обрадовался врач.

– Да, – отозвался женский голос.

Через несколько секунд Костя увидел молодую медицинскую сестру. Она установила систему внутривенных вливаний, затем повернулась и улыбнулась приятной улыбкой.

– Все будет хорошо, Костя, – произнесла она. Улыбка не сходила с ее губ.

– А где звездочет? – хриплым голосом спросил Костя.

– Какой звездочет? – заинтересовался врач. – А-а, вы, наверное, видели сон?

– Да, наверное, – согласился Костя.

Сон, это был всего лишь сон… Может, и так.

– Какой сейчас год? – спросил Костя.

– Две тысячи девяностый.

– Значит, мне двадцать два года, – после недолгой паузы заключил Костя.

– Совершенно верно, – подтвердил врач. – Сегодня, кстати, ваш день рождения. Удивительно! – Врач погладил Костю по волосам. – Вы впали в кому и вышли из нее в свой день рождения с разницей в шесть лет. Лежите. Теперь дело пойдет на поправку.

– Мои родители?..