Сиротский дом

– Нам уже удалось отыскать для некоторых детей кое-кого из их живых родственников! – Мисс Бриджес огляделась, ища, по какой бы деревяшке постучать, и в итоге похлопала рукой по спинке стула. – И вы тоже по дереву постучите! Не хочу предвосхищать события, но есть два возможных варианта помещения в родственную семью. А еще у нас имеется несколько заявок на усыновление. По моим расчетам, если мы хорошенько приналяжем, то число детей в Грейндже уменьшится до четырех. Что было бы просто отлично, не так ли?

И мисс Бриджес рассмеялась.

Похоже, у нее и впрямь была веселая, светлая душа. Она уже собралась начать новый монолог, когда Клара решила все же воспользоваться моментом:

– Я должна признаться вам, мисс Бриджес, что не чувствую себя пригодной для работы с детьми. Боюсь, я не сумела оправдать ваше доверие.

Клара даже испугалась, столь сокрушительным оказалось воздействие ее слов на мисс Бриджес. Рот у нее сам собой приоткрылся, она быстро-быстро заморгала глазами, но вскоре овладела собой и, накрыв своей рукой руку Клары и более ее не отпуская, сказала:

– Я знаю, что поначалу все это способно ошеломить; тем, кто работает с детьми, это хорошо известно.

Но потом вы научитесь расслабляться – например, днем, пока дети в школе. И постепенно все как бы само собой наладится, и все у вас будет в порядке. Это уж как пить дать!

Клара попыталась отнять у мисс Бриджес свою руку, но та ее не отпускала.

– А через воскресенье, – продолжала она, – вас будет подменять сестра Грейс, и у вас весь день будет свободный.

– Но я понятия не имею, как с этими детьми обращаться!

– А в этом и вовсе никакой тайны нет. – Мисс Бриджес наконец-то выпустила руку Клары, положила свою теплую ладонь ей на колено и ободряюще по нему похлопала. – Это почти то же самое, что заботиться о членах своей собственной семьи, только семья будет чуть больше обычной.

Клара решила пока что не признаваться в том, что она понятия не имеет, как заботиться о какой бы то ни было семье – большой или маленькой.

Ей никогда не удавалось даже домашние растения сохранить, вечно они у нее погибали. Чай был давно уже выпит, но она все продолжала подносить пустую чашку к губам, просто чтобы хоть чем-то руки занять. Господи, до чего же нелепо она себя ведет!

– Тут ведь даже никто никаких записей не вел! – пожаловалась она.

– Зато у меня с собой вот это! – с торжеством сказала мисс Бриджес и вытащила из сумки тонкую папку – максимум миллиметра три толщиной.