Бомбардировщики

Дальнейшая судьба французов была ясна. Для капитана Ренара война закончилась. Это в лучшем случае. Скорее всего, его ждет расстрел. Остальным грозит тюрьма, если начальство Мюллера не пойдет на вербовку.

– Значит, местных коммунистов сдал? – хмыкнул Овсянников. – Совесть бедняжку замучила. А то, что они под твою задницу бомбу закладывали? Это как?

– Да непричастны они к нашему случаю! Это совершенно другая группа работала.

– И где же те?

– Легли на дно. По крайней мере, никого ни я, ни немцы не поймали.

– Я все понимаю. Вроде своих подставил, но если кто из местных мне самолет сожжет или кто-нибудь из наших пропадет или в канаве утонет, смотри, оперуполномоченный особого отдела, с тебя спрос. Делай выводы.

– Значит, на войне как на войне? – криво усмехнулся Гайда.

– Считай, что так, – подытожил командир полка. – Я тебя вообще-то по другому поводу приглашал. Посоветоваться надо.

В глазах особиста загорелся огонек, апатия прошла, сейчас перед Овсянниковым сидел чуточку уставший, умный, готовый выслушать и разобраться в проблеме товарищ.

– Как я понимаю, после первого удара по врагу режим секретности ослабляется. Ни для кого не секрет, что мы базируемся во Франции, не секрет, что мы здесь делаем. Впрочем, раньше тоже особого секрета не было. Надо решить вопрос с увольнительными в город. Людям нужен отдых, не все же время на аэродроме куковать.

– Требуется согласование с моим ведомством?

– Верно мыслишь. Рапорт Семенову я подготовил, нужна твоя подпись.

– Давай бумагу, – улыбнулся особист, – но учти, командир, ты этим делом мне работы и головной боли добавил. А если что произойдет?

– Вот и будем вместе думать с тобой и Абрамовым, чтоб не произошло. Он со своей стороны проинструктирует, ты со своей, а я добавлю – лишнего не болтать, с местными особо не дружить, быть готовым к провокациям.

– Провокации будут. Как пить дать будут.

– Знаю, вот и предупреждаю: гулять можно, любить можно, но по взаимному согласию, без заявлений в полицию, и языку воли не давать.

Глава 8

Время решительных

На следующий день полк почти в полном составе поднялся на задание. Командование дивизии категорически требовало разнести к такой-то матери заводы Глостера и Челтнема. Вылет в 9:20, одновременно с самолетами 2-го и 3-го воздушных флотов люфтваффе.