Верь Живи Люби

До неизбежного оставались считанные секунды. Четыре, три, две, одна…

Впереди уже мелькнули знакомые куртки – почти! Но правая нога  подогнулась, а я, потеряв равновесие, полетела кубарем вниз. Больно ударившись копчиком, потеряв шапку и лыжи, я беспомощно упала ничком на снег.

– Что случилось? – Юра подбежал ко мне и быстро ощупал конечности и спину. Не обнаружив травм, он помог мне сесть и отряхнул снег с волос.

– Где лыжи?

– Потом найду! Как ты? Все нормально? – Я обессилено кивнула в ответ.

Голова непривычно кружилась, в животе мутило. Полина подбежала ко мне, залезла на колени и крепко обняла. Я успокаивающе погладила дочку по спине. Лиза в это время стояла за папиной спиной и хмурила брови. Я редко болела и еще реже падала с лыж.

Тем же вечером, уложив детей спать, мы с Юрой тихо перешептывались на кухне.

– Белое или красное? – Спросил он меня, поочередно, словно на весах, поднимая вверх разные по форме винные бокалы.

– Лучше красное. – Юра кивнул и откупорил бутылку Мерло шато Петрюс, налил в два пузатых бокала вино, сел рядом и протянул один мне.

Я с удовольствием вдохнула пряный аромат с нотками вишни и пригубила терпкую жидкость. Тепло разлилось от кончика языка по всему телу.

– Что на самом деле случилось? – Спросил Юра серьёзным тоном, вернув меня к реальности.

– Не знаю, – честно ответила я и сделала ещё один глоток вина. Когда мы были вдвоем, я не могла врать. Так было с самого начала наших отношений – я чувствовала, что могу доверить этому человеку всё, даже самые страшные тайны.

Но сейчас мне совсем не хотелось говорить о несчастном случае на склоне.

– Давай-ка вернемся домой и ты сходишь к мануальному терапевту. Он знает, что делать.  Раньше он тебе всегда помогал.

– Хорошо, – ответила я.

Вечер был почти идеальным, одним из тех, когда хочется просто молчать, пить вино и смотреть на тихо падающий за окном снег. И не думать про завтра и вчера.

Глава 4

На следующий день после падения я зашла к Люси, и она сразу заметила изменение в моем настроении.

– Это всё из-за переживаний, – протягивая мне чашечку кофе, сказала она. – Ты слишком много думаешь.

– Кхм, – хмыкнула я в ответ, то ли соглашаясь, то ли опровергая ее предположение.

– Тебе надо научиться проще смотреть на материальные вещи. Понимаю, в том доме нельзя было оставаться, но стоило ли так волноваться? Всё, что ни делается, всё к лучшему.