Паж цесаревны

Она позволила маленькой графине называть себя попросту «танте Анхен» и приходить к ней без доклада во всякое время.

Оставшись бездетной после смерти мужа-герцога и любя всем своим существом детей, императрица страстно привязалась к маленьким Биронам. Она не замечала их недостатков и всячески баловала их. К обиженной Богом Гедвиге сердце Анны Иоанновны лежало больше, нежели к ее братьям. И теперь ей было досадно за своего любимца, незаслуженно оскорбившего нервную, впечатлительную девочку.

Но Бирон нисколько не обратил внимания на впечатление, получившееся от его выходки.

В его руках была важная бумага, с содержанием которой он спешил познакомить императрицу.

– Измена и предательство кишат вокруг вас, государыня, – хмуря свои черные брови, мрачно произнес он. – С каждым днем люди мои доставляют все новых и новых изменников в тайную канцелярию, к генералу Ушакову.

– И, я думаю, много работы доставляют нашему Андрею Ивановичу? – усмехнулась Анна Иоанновна невеселой усмешкой.

Потом, помолчав немного, добавила:

– И когда ты только успокоишься, граф!.

. Все-то тебе казни мерещатся да измены… Уж больно ты раздражителен стал, не в меру… Вам бы с Андреем Ивановичем только пытать да жечь…

– Я, как верный слуга вашего величества, строго соблюдаю интересы моего нового отечества, – произнес, снова нахмурившись, Бирон, – я не виноват, что в России слишком мало верных слуг и что приходится уличать.

– Уволь, граф! – нахмурилась в свою очередь императрица, – опять, небось, показания мне принесли с розыска?.

. Скучно все это, да и тяжко… Людей зря на дыбу поднимают, мучают, они сдуру брякнут что-либо, а вы уж и придрались.

– Не совсем зря, ваше величество, – едко произнес Бирон. – Недавний новый арест открывает мне глаза на многое. Арестован прапорщик Семеновского полка Долинский и еще кое-кто из участников товарищеской вечеринки, во время которой мои агенты накрыли их…

– Ну, сболтнули спьяна что-нибудь… – угрюмо перебила докладчика императрица.

– То-то и дело, что не спьяна и не сболтнули. Целый заговор у них был задуман, ваше величество… Государыня, опасайтесь! Если вы не обратите на таких персон вашего внимания, спокойствию вашего величества угрожает беда.

– Какая беда? Что ты говоришь, граф? И от кого беда? – заволновалась Анна.

Ее любимец знал, чем можно повлиять на свою высокую покровительницу, и теперь остался очень доволен, что его слова, очевидно, произвели впечатление.