Власть лабиринта

Во время сражения они передвигают колчан со спины на грудь – вот так, – Баюр продемонстрировал приём степных кочевников, да так ловко, что заставил атамана азартно прищёлкнуть языком, – две стрелы держат в зубах, две кладут на лук, мгновенно выпускают их и, пригнувшись, летят на противника, разят пикою. Когда со всех сторон стали валиться гусары с лошадей, французы опомнились, схватились за ружья, да поздно: налётчики уже скрылись. Лошадки у башкир низкорослые, но быстрые и маневренные, для них преград не существует, а ко всему – стрелять по ним неудобно: линию прицела определить трудно.

Ну, тут уж не до смеха. Завопили разом: «Скифы!», «Дикая, варварская страна!»…

Довольно расплывшееся лицо атамана вдруг вытянулось, и он недоверчиво спросил:

– По-русски?

– Да нет. На своём картавом.

– И ты понял?

– Ну, – смутился рассказчик. Увлёкся, что поделаешь. – Разумею маленько.

– Да ты, брат, самородок!

Баюр, не желая углубляться в щекотливую тему, поскорее продолжил:

– Гусары стали подбирать раненых, разглядывать стрелы.

Нашлись и насмешники, обозвали наших степняков «северными амурами», а дальше – сплошная брань… ну… вроде русского мата, только не такого ядрёного.

– «Нежная» нация! – захохотал атаман и продемонстрировал ядрёный вариант.

– Однако башкиры выровнять колонну им не дали. Снова налетели тучей. Теперь французы уже палили во все стороны, но без большого успеха: такая сверхманёвренность им в диковинку – дикие всадники появляются мгновенно в самых неожиданных местах и так же мгновенно исчезают – поэтому стреляли больше наугад.

Пятнадцать раз повторяли атаку и такое произвели расстройство в их рядах, что, развернувшись, они галопом пустились удирать, а башкиры, улюлюкая и осыпая их стрелами, преследовали восемь вёрст, пока я не велел им остановиться… Ну так что? Принимаешь пополнение, господин атаман?

– Придётся, – Платов снова смотрел в окно. Казаки уже примеривались к лукам, башкиры поправляли, объясняя больше жестами, слабо владея русским языком.

 – Жилин!

В дверях возник резвый поручик. Платов кивнул в сторону окна:

– Как тебе, брат, глянулось пополнение?

– Забавный народец, господин атаман, – глаза адъютанта перебегали с генерала на его гостя, – только что с ним делать?

– Причислим к 1-му Башкирскому полку. Свои-то скорее им всё растолкуют и всему научат. На рассвете выступаем на Рудню, их с собой заберём. Ступай, – потом развернулся к Баюру: – Интересный подарок ты привёз.