Инна Гулая. Геннадий Шпаликов

Его умонастроению был близок Маяковский – энергия стиха поэта-трибуна, оптимистическое восприятие мира. Стихотворение «Жизнь» подтверждает это:

На каждый дается день

Нам солнца

и неба

высь,

Лучи сквозь себя —

продень

И к жизни сильней привяжись.

А перед этими, патетическими строками, – более земные:

Я эту люблю

жизнь,

Дни люблю пить,

Буду сухарь грызть

И все равно —

любить.

Даже без рук

и ног

И с пустотой впереди

Я б добровольцем

не смог

В небытие уйти.

Под стихотворением дата: 1954 год. Запомним…

Немного спустя Шпаликов напишет в дневнике (его он вел всю жизнь, начиная с училища): «Ровно 25 лет назад застрелился Владимир Владимирович Маяковский. Все мое лучшее – к нему. Покойный не любил признаний, ненавидел всяческие юбилеи… Так пройти по жизни – вот моя мечта».

В 1955 году одно из стихотворений Шпаликова появляется в печати. На это поистине знаменательное событие он откликается стихотворением:

Не смотри на будущее хмуро,

Горестно качая головой…

Я сегодня стал литературой

Самой средней, очень рядовой.

Пусть моя строка другой заслонится,

Но благодарю судьбу свою

Я за право творческой бессонницы

И за счастье рядовых в строю.

Период подражания Маяковскому закончился – поэтом-трибуном Шпаликов не стал. Он пошел своим собственным путем, а поэзия нашла к нему дорогу сама:

По белому снегу

я палкой вожу,

стихи – они с неба,

я – перевожу.

В его поэзии не ощущалось и отголоска влияния Маяковского. И вообще он не ставил своей целью заниматься поэзией, как, впрочем, и кино, – он просто очень хотел писать. «Конечно, я родился писателем – по призванию, по влечению», – напишет он незадолго до своей смерти. А тогда, двадцатилетний, уволенный из армии по причине серьезной травмы, он выбирал институт, который дал бы ему возможность осуществить свою мечту.

Поиски привели его во ВГИК. Ему очень здесь понравилось – вся эта атмосфера, девушки с актерского факультета… Он понял, что это то место, где он хотел бы быть.

«Замечательно и знаменательно было появление во ВГИКе Геннадия Шпаликова, – пишет в своей книге «Территория кино» Армен Медведев. – Он пришел, когда мы учились на втором курсе. Его не хотели зачислять, хотя он прекрасно сдал все экзамены.