Сила ведлов

К фляжке жадно потянулась вторая женщина, помоложе, наполовину аларка, и Митяй кивнул. Аларка отпила ещё пару глотков, отдала фляжку подруге и заговорила громким, сильным голосом, но сказала раза в три больше слов, чем Митяй, которые явно приободрили чёрных даргов, и те стали подтягиваться к нему, а некоторые уже поглядывали в сторону убитых верблюдов. Голод не тётка.

Однако гораздо раньше, чем дело дошло до свежевания верблюдов, к чему уже приготовился Игорь, подоспела помощь на восьми Больших Шишигах, и вскоре в толпе беженцев, ноги которых были сбиты в кровь, расхаживали медсестры и медбратья, раздавая всем варёное мясо с ещё не успевшими зачерстветь в камень лепёшками и большие кружки с холодным сладким чаем.

Князь Михаил зычным голосом приказал разгружать Большие Шишиги, колёсные баржи и становиться лагерем. Неподалёку, километрах в трёх, протекала горная речка с чистой водой, через которую недавно перебежали беженцы, даже не успев напиться, вот на её-то берегу они и разбили в два часа пополудни лагерь.

Верблюдов освежевали, из барж выгрузили большие котлы, под них поставили соляровые горелки, и, пока варился обед и грелась вода, переселенцы разбили палаточный лагерь, в который стали переводить, а иногда и переносить измученных долгим переходом людей. Митяй почти сразу же обратил внимание, что среди них нет ни одного мужчины или женщины старше сорока и что все они отличаются от тех чёрных даргов, которых он видел раньше, в лучшую сторону. У этих были куда более доброжелательные лица.

Снова найдя ту женщину, с которой заговорил, он увидел, что ей уже промыли раны на ногах, смазали их зелёнкой и перебинтовали, а заодно переодели её в тёплые колготы, штаны, рубаху из тончайшей замши, замшевое платье зелёного цвета, куртку и даже обули в высокие ботинки. Кажется, даже помыли. Её малыша точно не только накормили, но и выкупали, одели с иголочки и даже вручили ему большую яркую погремушку и уложили спать в импровизированную люльку из корзины. Митяй усадил женщину за стол, перед ней поставили тарелку с жареным мясом и картошкой, широкую кружку с шулюмом, положили на тарелку пару лепёшек и вложили в руку ложку.

Митяй, пустив в ход ведловские приемы, принялся учить её есть ложкой и попутно стал задавать те вопросы, на которые давно хотел получить исчерпывающие ответы.

Честно говоря, Митяй обалдел от услышанного. Латана – так звали женщину – попала в плен к чёрным даргам в возрасте лет шестнадцати-семнадцати.