Ведьмак Гера. Город мертвых

 – Не было никакой содомии! Вы что, издеваетесь? Да, блин, Павлика спросите!

– Мы бы спросили, но, увы, он скончался от инфаркта, – Климов едва заметно улыбнулся.

– Вы шутите, майор? – не отставал Герасим. – Посмотрите на меня, блин! Я – алкоголик, ведьмак и… просто замечательный человек! Где я, а где эти… фазаны радужные!

– Не ругайтесь! – сурово предупредил Климов.

– Да я и не ругаюсь! Просто всё это – чушь какая-то! Состава преступления в моих действиях нет! – возмущался Герасим.

– Состава преступления нет, а дело – есть! – улыбающийся Климов закрыл папку и постучал по ней указательным пальцем.

«Ну, конечно, Олежа сам как всегда откупился, а на меня денег пожалел… что б тебе икнулось, дорогой друг!» – подумал Герасим, недовольно скривившись, а в слух произнёс:

– Я так понимаю, есть ещё претензии? – он кивком показал на другую папку.

– Конечно, конечно! – Климов энергично закивал.

– Стесняюсь спросить, какие…

Ведьмак вздохнул, пытаясь угадать, что на этот раз предъявит ему майор, который тем временем открыл вторую папку и показал злостному оскорбителю чувств верующих.

– Впечатляющие цифры, не правда ли?

– Что это? А.. так, ой, это мой счёт, тут реквизиты… – проговорил тот, просматривая одну страницу за другой.

– Ваши? – спросил Климов. – Ну, разумеется.

– Не, я всего лишь ведьмак, – усмехнулся обладатель сказочного состояния, – а деньги эти мне заплатил некто Олег Смирнов – известный в нашем городе богатей…

– Деньги поступали с зарубежных оффшоров, – проговорил Климов и задумался на мгновение – ну, допустим, вы не врете. С чего бы в таком случае этому Смирнову переводить вам ТАКИЕ суммы?

– Я… избавил его от херакрада, – уклончиво ответил Герасим, решив умолчать о кристаллах графа Жокина и обо всём, что с ними связано.

– Кого? Это что ещё… – удивлённо проговорил Климов, услышав забавное название мелкого пакостника.

В этот самый момент человек, сидевший в укромной темноте, встал и, громко выругался. Услышав незнакомца, ведьмак повернул голову, надеясь разглядеть «сапожника», и надеясь, что слух подвёл его.