Сочинения русского периода. Стихотворения и переводы. Роман в стихах. Из переписки. Том II

Порой иным, но сродным, слогом

– в нем та же бледность, тот же свист —

она является к порогам

сознаний тех, кто прост и чист:

как воспаленным точкам близко

двух сопрягающихся тел

от сфер сиянья, травам низким

душистым – от духовных дел;

пусть только воспаленья токи,

возникнув, после не найдут

другого тела, в кости, в соки

проникнут огненно, пройдут.

В столь трудной радости высокой

в час новопламенных минут

к сто-ликой, – сердой, – умной, – окой

телесным знанием придут,

и им откроется прозренно

в какой-то серый день – листва

б.

простая тайна единства.

Под шелест трав у ног, под пенье

в заборе ветра – свист и звон —

о жизне-смерте-становленьи

преобращающий закон.

Мы, кто сомыслить ей не смеем,

– от душ, от трав, до пыли плит —

светильник, сытимый елеем,

в котором общий дух горит.

Пока еще то пламя тлеет,

всепроникая естество,

в светильнике не оскудеет

духовной плоти вещество.

Не тот, кто бренного дыханья

с благоуханием ветров

сорастворил благоуханье, —

в ком умер мир живой – тот мертв.

* * *

Невинно веруют живые,

что нет мертвее неживых,

не видя тени гробовые,

дыхания не чуя их.

И если мертвых целованье

почувствуют на лбу своем,

воскликнут только: наказанье

– кто дверь! (– окно!) – со сквозняком!..

Но – сами этого не знают! —

путеводимы волей их,

солюбят с ними, сострадают,

соделатели неживых.

Как часто сам, уже у цели

опасных дел, я постигал:

те помыслы, что мной владели,

мне в разум мертвый перст влагал.

Перенасыщенную землю

я вижу: тленьем персть пьяна.

В ночном молчаньи часто внемлю —

пылает зренье тьмой – она!

Ловлю я тени без предметов,

свечение вкруг них травы;

– слова таинственных советов:

стань вне и утвердишься в.

И просвещается сознанье:

что смерть и где ее предел?

ее ли наименованьем

определил я свой удел!

И тело к тленью приближая,

остря пять помыслов, пять жал,

волненьем сердце утомляя,

не смерть ли жизнью почитал.

Не новой плотью (воскрешенья!)

кость мертвая веками ждет.

В веках мы копим дух – не тленье.

Для смерти этот род живет.

Искусство смерти, план предвечный:

не прекращая плоть ее,

стать в духе жизнью бесконечным;

очищенное бытие.

Когда шепчу жене любимой

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».