Адмирал Ушаков

Открыла высокая пожилая женщина, которую Федя видел в тот раз на пожаре.

«Верно, ее тетушка!»

– Вы за письмом? – спросила она.

– Точно так! – пересохшим от волнения, глухим голосом ответил Ушаков.

Он несколько похрабрел – такое начало было ему на руку: выходит, что Федя пришел по делу, а не вроде кавалера. Он хуже всего боялся, чтобы так не подумали о нем.

– Пожалуйте, пожалуйте! – ввела его тетушка в небольшую, скромно обставленную, но чистую комнату. – Садитесь. Любушка сейчас придет – она пошла в сарай за дровами.

«Ага, значит, ее зовут Любушкой», – приметил Ушаков.

– Непоседа-девчонка, егоза. Собиралась побыть у меня до весны, а вчера вдруг услыхала, что моряки отправляются в Воронеж, загорелась: поеду и я домой! Побежала узнавать, кто едет. Другая бы постеснялась говорить с незнакомыми, а этой – нипочем. Она с любым человеком запросто говорит. Я вон старая, а так не могу. Это она в отца пошла такая простая да ласковая. Тот, бывало, с первым встречным говорит, будто десять лет его знает.

В это время в соседней комнате послышался стук брошенных на пол дров.

– Любушка, пришли за письмом, – сказала тетушка, входя к ней в комнату.

В дверь просунулась голова со вздернутым носиком и быстрыми голубыми глазами.

– А-а, это вы? Я сейчас! – весело и просто сказала она и скрылась.

Федя сидел красный: все-таки он не мог побороть смущения, – как это он будет сидеть один с девушкой, словно жених или кавалер.

Через минуту в комнату впорхнула Любушка:

– Здравствуйте! Как вас величать?

– Федор Федорович Ушаков.

– Здравствуйте, Федор Федорович! Молодец, что пришли! А вот письмо-то у меня еще не готово… И я не знаю, может, и не буду его вовсе писать… – улыбаясь сказала она и взглянула на Ушакова.

У Феди упало сердце: «Передумала, не поедет…»

– Вы что, разве не поедете в Воронеж? – испуганно спросил он.

– А вы хотите, чтобы я поехала?

– Хочу! – вырвалось у Феди.

– Я поеду. Только не знаю когда… – смеялась Любушка.

– Вы же говорили: по санному пути… Скоро должна установиться зимняя дорога.

– У нас, в Воронеже, санный путь – с Николина дня.

– Вот и поезжайте!

– Я и хочу – на Николу.

– А с кем вы поедете?

– В Воронеж часто ездят на верфь. У тетеньки есть знакомый подрядчик. Вы в Воронеже были?

– Нет. Хороший город?

– Хороший. Весь на горах. Обрывы, обрывы! Белые мазанки и ветряки.