Улица Степная. Интересные вехи из жизни своих односельчан

Был контужен. После лечения вновь попал на передовую. И снова под траки танка стелилась родная земля, на которой хозяйничали фашисты. Но теперь эту землю освобождали раз и навсегда.

Курская дуга. Тяжелые бои под Прохоровкой, которые стали для нашей армии апогеем всей битвы. Андрей Чулков со своими товарищами жёг фашистские танки».

Память о том бое. Орден «Красной Звезды».

Запомнилось ему и сражение за город Кировоград:

«Их передовой отряд сумел первым ворваться в город и захватить артиллерийские склады противника, которые решили весь исход боя за город».

Мы сидим у Чулкова Андрея дома. Бывший танкист, а теперь рабочий совхоза «Знаменский» вспоминает свои военные пути, дороги.

По ним Он вышел на берег Днепра и форсировал его.

Участвовал в уничтожении Корсунь-Шевченсковской группировки врага.

Освобождал Румынию, Венгрию, Чехословакию, Югославию, Австрию.

– Но где бы я не находился, как и мои товарищи, ждал великого дня, – вспоминает Андрей Афанасьевич, – Дня Победы.

Верил, что этот день скоро наступит.

Майским, солнечным днем отгремели последние залпы орудий Великой Отечественной Войны.

Вернувшись, домой, он к радости своей узнал, что семья, находившаяся в оккупации, жива и невредима.

Началась трудовая биография фронтовика.

Сначала Андрей Афанасьевич работал в совхозе механизатором, потом помощником бригадира тракторной бригады.

Последние двенадцать лет перед пенсией работал в кормовом цехе МТФ совхоза. Вроде бы незаметная должность у Андрея Афанасьевича, но от него зависит кормление всего поголовья молочной товарной фермы, а значит и надои молока и привесы.

Сердечно поздравили его товарищи, когда узнали, что Андрея Афанасьевича наградили орденом «Трудового Красного Знамени».

Так к боевым наградам ветерана, добавилась и трудовая награда».

Андрей Афанасьевич, часто бывал в гостях у моих родителей, со своим другом и боевым товарищем, – родным дядькой автора, Фёдором Ермолаевичем.

После сто грамм за встречу, языки у фронтовых друзей развязывались. Они могли травить часами, вспоминая интересные эпизоды из своей жизни.

Нет никакого секрета в том, что выдаваемые во время войны наркомовские сто грамм, привели к тому, что и после окончания войны, бывшие воины, прошедшие тяжёлыми дорогами войны и на гражданке, злоупотребляли этим зельем, потому что организм требовал свою дозу.