Волны памяти. Книга первая

 – Не удалось с чудом-юдом пободаться…

Ещё впереди самая большая тайна океана – жизнь его обитателей, формирование на отдельных участках разнообразных по составу и количеству скоплений рыб и других животных и почти полное отсутствие их на соседних…

Познать хотя бы малую частицу некоторых тайн Индийского океана в районе наших работ или наметить пути подхода к ним – это и было целью предстоящей экспедиции, одной из рядовых экспедиций нашего научно-исследовательского института, ежегодно направляемых в просторы Индийского океана.

Впрочем, экспедициями эти мероприятия назывались очень редко, обычное рабочее их название – рейс, в программе которого, разумеется, не было и речи ни о каких тайнах. Десятка два, а то и меньше машинописных страниц, где подробно расписано, что делать каждому научному подразделению, и когда и сколько времени будет затрачено на тот или иной вид работ, а в конце программы (так называется этот документ) – ожидаемые результаты исследований…

И вот уже потекли дни рейса, заполненные то подготовкой к работам, то тягостным ничегонеделанием во время непогоды.

Особенно жестокий шторм, следствие летнего муссона, прихватил нас у острова Сокотра на выходе в открытую часть Аравийского моря. С него собственно и начинается Индийский океан. В шторме в шутку винили гидрохимика Михаила: вылил, гад, уксусную кислятину в океан, вот владыка Нептун и рассердился…

Мне довелось дважды попадать в лапы летнего муссона в этом районе. Как говорится – не дай и не приведи Господь.

Сила ветра такова, что, пробираясь по какой-то надобе на спардек, я попытался что-то сказать и не то что ничего не сказал, а с трудом закрыл рот. Ветер раскрывал веки, и глаза можно было держать закрытыми только усиленным напряжением мышц.

Чтобы хоть как-то уменьшить воздействие шторма, мы увалились к побережью Аравии и, описывая дугу, обогнув негостеприимную Сокотру, направились на юг, к затишному Сейшельскому мелководью.

Остаются позади мили и мили океанского безбрежья.

Всего их ко времени отдачи якоря в родном порту счётчик лага отметит пятьдесят две тысячи, а если в километрах, то почти девяносто шесть тысяч. Но что эти цифры значат по сравнению с общей длиной периметра границы берег-море, а ведь она около восьмисот тысяч километров!

ЧТО ЛОВЯТ ТРОЛЛАМИ?

По выходу из Суэцкого залива в светлое время суток приступаем к визуальным наблюдениям. Каждому достаётся по два часа вахты. Тот, чья вахта с утра, ставит троллы.