Шизоград. Город абсурда

Бегали адекватные кабанчики, а за ними носились девушки с длинными волосами и пытались поясами расписаться в воздухе. Люди с видеокамерами хвастали ими перед соседями.

Хлоперас, закончив свою последнюю песню, встал на колени и поблагодарил сотрудников газовой службы. Открыв чемодан, он сложил в него ложки и немного себя. Курьеры унесли его вещи в неизвестном направлении, а сам он стал отходить к домам, в которые стучал. На стенах остались отпечатки навесных замков. Подойдя к ним, Хлопарес стал подбирать ключи.

Один подошёл, но музыкант этому не поверил. Вмятина на стене первого дома превратилась в кошку, а в заброшенных домах образовался запах палёной резины. Дым был зелёный, и его можно было набирать в бутылки.

Хлопарес, решил, что его прощальный концерт начался слишком поздно. Он слишком популярный, чтобы собирать дым в банке, а слушатели слишком сильно сидели. Нет преград для написания нового хита и выхода с ним референдум. Он достал скотч и закатал его за пояс. Впереди было ещё много задач, а песни ждали, когда их пережуют.

Он вынул из-за пояса ножницы и кинул в ямку в асфальте. Глубина оказалась приличной.

Когда успокоился сектор и дома превратились в спящих красавиц, Хлопарес вприпрыжку родил новый хит. Закинув ложки за спину и накинув на себя шкуру мамонта, он отправился покорять новые частные сектора. Старые же его песни никто больше никогда не слышал.

Запах в коридоре

Что-то не так в атмосфере помещения, первым это заметил Замарок и передал поручение своему лучшему другу Корамазу.

Второй был женат, поэтому не сразу принял данную информацию.

– Мне кажется, или пахнет клопами? – спросил Замарок и скрестил руки на груди так, что закружилась голова.

Корамаз понюхал, но промолчал. Жена запретила ему отвечать на первый вопрос в день. Супруга у него была строгая, но высокая. Поэтому он её беспрекословно рассматривал каждое утро.

Замарок знал о запретах своего товарища, так что через восемь минут переспросил, задав тот же вопрос, но изменив слова местами.

– Да пахнет, клопами, – Корамаз был заторможен, но иногда отвечал быстро.

– Не ври, гад, клопы не пахнут, – ласково возразил своему другу Замарок.

Корамаз отошел за ширму и вынес оттуда три грязные сковородки. Протянув одну из них своему оппоненту, он разложил остальные на земле, встал в них ногами и сказал:

– Нюхни скорее, а то засохнет.

Замарок затянулся полной грудью, прокашлялся и задумался.